— Чтобы в случае, если я продолжу настаивать на коронации принцессы Альмы, дать им ход, уничтожив мою репутацию. Вам ведь нужна не моя дружба, а чтобы ваш сын стал следующим королём.
Заркис усмехнулся.
— Не там вы ищите подвох. Я бы мог не приносить эти письма, а просто процитировать оттуда пару строк или абзацев. Да и не желаю я вам смерти, чего нельзя сказать о Сорвилле.
— Что? Что вы имеете в виду? – напрягся Алтон.
— То, что вы связались с очень опасным и беспринципным человеком. Он до сих пор не может простить, что это мой, а не его сын стал мужем принцессы Альмы. И чтобы мне за это отомстить, он готов зайти очень далеко. Шантаж – это только начало. Хотите знать, какими будут его следующие шаги?
Алтон молча кивнул.
— Сорвиллу не так уж важно, сумеете ли вы протолкнуть на совете идею с коронацией. Главное, чтобы вы продолжили на этом настаивать, чтобы в какой-то момент пасть от руки наёмного убийцы. Его он, кстати, уже присмотрел. И выглядеть это всё будет как месть с моей стороны.
Спина Алтона покрылась мурашками. Слова Зарксиса звучали пугающе правдоподобно, однако всё это было ложью. Шантаж – это одно, а убийство видного дворянина, пусть и с такими скелетами в шкафу – совсем другое. На такое у Сорвилла кишка была тонка. Зарксис, будучи на его месте, колебаться бы не стал.
— Что ж, всё, что хотел, я сказал. Всего вам хорошего, - попрощался граф Чезвик с Алтоном, прежде чем уйти.
Оставшись один, лорд Гартон какое-то время смотрел на закрывшуюся дверь, затем позвал одного из слуг, приказав ему растопить камин, куда один за другим полетели злополучные письма. Глядя, как они горят, Алтон чувствовал небывалое облегчение. Теперь его семье ни что не угрожает. Осталось лишь понять, что делать с маркизом Сорвиллом.
***
Элсид постарался поподробнее расспросить свою спутницу о том, кто она такая. Тасия на все его вопросы отвечала коротко и уклончиво, говоря, что всего лишь скромная послушница, которой очень нужна его помощь. Чего именно она от него хочет, девушка не пояснила, обещав поделиться подробностями чуть позже. Следуя за ней, Элсид чувствовал, что что-то здесь не так. Каким образом “скромная послушница” сумела сломать магическую печать? Такое под силу только опытному магу. Когда он сказал об этом вслух, Тасия просто от него отмахнулась, заявив, что знает пару фокусов. Такой ответ инквизитора не устроил.
Вместе с тем, следуя за девушкой, Элсид вдруг ощутил прилив сексуального желания. Непонятно откуда взялись грязные мысли, в которых храмовник грубо овладевал своей спутницей прямо посреди улицы, сорвав с девушки всю одежду. Это было какое-то наваждение, противиться которому Элсиду удавалось, но для этого приходилось прикладывать определённые усилия. Ощущение, что что-то здесь не так, усилилось, но закипающая кровь, устремившаяся в район паха, и хаос в голове, не позволили храмовнику сложить два и два.
Покорно следуя за Тасией, Элсид больше не задавал никаких вопросов. Вскоре им встретился какой-то юноша, который что-то быстренько на ходу передал Тасии, после чего, ускорив шаг, пошёл дальше. Этим “чем-то” оказались две крошечные серые жемчужины, похожие на зёрнышки. Одно зерно девушка убрала в карман, а другое сжала в ладони. Как только она положила руку ему на плечо, у Элсида перехватило дыхание, и чуть не случилась эрекция. А затем они вдвоём переместились с улиц города в гостевую комнату в каком-то особняке. Едва Тасия убрала руку с его плеча, дышать Элсида сразу стало как-то легче.
Кавказская любовь.