он с молодецкой удалью схватил со стола наполненный вином бокал и залпом опрокинул его, надеясь, что это придаст ему сил.
Последнее, что увидел Крис, это как пухлая женская щека и объёмная шея стремительно приближаются к нему, а затем – чёрная пустота и безмолвие.
— . ..он, мне кажется, попытался её поцеловать, но в этот момент его как раз и вырубило. – прокомментировал доброволец своё видение.
Ему никто не ответил. Собственный голос звучал как-то непривычно гулко. Несмотря на то, что он открыл глаза, вокруг было черным-черно.
— Эй! Куда все пропали? Меня кто-нибудь слышит? – забеспокоился он и попытался встать с кушетки, однако ни руки, ни ноги его не слушались.
В лаборатории началась суета. Каждый отлично знал, что должен делать в такой ситуации, но протокол ещё не был до конца отработан. Отчаянно мочаля зубами фильтр, Лорейн с прищуром пялилась в монитор, тихо материлась и остервенело кликала мышкой.
Крис тоже был проинструктирован, как вести себя в подобных случаях. Он сделал глубокий вдох и взял себя в руки, решив не паниковать и довериться учёным.
— . ..затем на тринадцатой минуте эксперимента объект отключился, мы потеряли его синаптическое эхо, однако... – услышал он приглушённый голос Лорейн через какое-то время. –. ..по-прежнему неясно, как меняется квантово- нейронная сигнатура, когда объект переходит в стадию глубокого сна, и нам пока...
Она сидела рядом и наговаривала в диктофон хронику последних событий.
— Эй-эй! Вы меня слышите? – снова подал Крис голос. – Я, вообще-то, не сплю и всё слышу.
— О, очнулся? Молодец.
— Так я и не спал, и не отключался, как Вы выразились.
— Так ты и не объект, успокойся. Объект – это герцог.
— Вот его действительно внезапно вырубило. Я же вам пытался это сказать.
— Мы и сами это заметили. Крайне нежелательно, когда объект, к которому подключён подопы... э... доброволец, вот так резко проваливается в глубокий сон, почти сразу достигая третьей, так называемой медленной, его стадии.
— Да уж... Вокруг меня стало темно и до жути тихо.
— Это потому, что в медленном сне резко замедляются мозговые волны. От них, по сути, остаётся только дельта-составляющая.
— И её не может транслировать ваше оборудование?
— Оборудованию плевать, что транслировать. Дельта-волны не способен воспринимать твой мозг, пока ты сам не уснёшь. В этом, кстати, кроется неразгаданное таинство сновидений. Ты знал?
— Значит, вы меня теперь усыпите?
— Не-а. – усмехнулась Лорейн. – Во-первых, над снами мы пока не работаем, а во-вторых, нам нет дела до того, что снилось герцогу в пьяном бреду.
— Разумеется, куда важнее то, что было наяву.
— Совершенно верно. Поэтому, если ты ещё не потерял форму, предлагаю продолжить минут через пятнадцать. Когда мои гениальные коллеги наконец отловят момент пробуждения нашего объекта!!!
Последнюю фразу Лорейн почти выкрикнула, чтобы её точно расслышали все присутствующие в лаборатории.
Нервозность от небольшой нештатной ситуации скоро сошла не нет, и таинственная атмосфера смелого научного эксперимента вновь воцарилась в помещении.
Вставать Крису не разрешили, да и затруднительно это было бы сделать ввиду многочисленных проводов, коими он был сейчас опутан с головы до пят. От нечего делать он принялся рассматривать окружающих.
На давно миновавшую бальзаковский возраст Лорейн он вдоволь уже насмотрелся. Упитанный бородач в очках ему был неинтересен. Зато молоденькая – лет двадцати – черноволосая лаборанточка очень даже приглянулась. Она сидела, склонившись над каким-то прибором у изножья кушетки, и пыталась нащупать не то шланг, не то толстый провод, к нему подключённый.
Наконец она вскочила со стула и наклонилась, чтобы заглянуть под вверенный ей аппарат. Девушка стояла к Крису боком, так что ничего интересного он не узрел. А
Секс на сайте знакомств. Роман для очень взрослых (окончание)