дышать глубже, тише, но лёгкие отказывались слушаться, сжимаясь от страха и едкого воздуха.
Мимо проплыло первое гнездо. Оно было прилеплено к стене на уровне его лица. Луч фонаря, против его воли, скользнул по нему. Материал был полупрозрачным, серовато-бежевым, испещрённым тёмными прожилками. Внутри что-то шевельнулось. Не резко. Лениво, как эмбрион во сне. Виктор резко отвел свет и зажмурился, чувствуя, как по спине пробегает холодная, тошнотворная волна. Он заставил себя двигаться дальше.
Вода слева от него всплеснула громче. Он замер, прижавшись к стене. Сердце колотилось где-то в горле. Из чёрной глади, в десяти метрах, медленно поднялась голова. Не голова. Нечто округлое, без глаз, покрытое той же слизью, что и гнёзда. На её передней части зияло отверстие, окружённое мышечными кольцами. Оно пульсировало, издавая тот самый влажный, булькающий звук. Существо будто прислушивалось, поворачивая «голову» из стороны в сторону.
Виктор не дышал. Каждая клеточка его тела кричала, чтобы он бежал. Но разум держал его на месте, как стальной капкан. Движение — обнаружение. Обнаружение — смерть. Он стоял, вжавшись в шершавый бетон, чувствуя, как грубый халат трётся о его взмокшую от холодного пота спину.
Существо медленно, с ленивым всплеском, снова погрузилось под воду, оставив после себя лишь расходящиеся круги на маслянистой поверхности. Виктор выдохнул. Воздух вышел прерывисто, со свистом. Он ждал ещё десять секунд. Потом двадцать. Ничего. Он снова пополз вперёд.
Он прошёл ещё метров двадцать. Мосток стал уже, местами бетон был разъеден и крошился под ногами. Он переступал через трещины, стараясь не заглядывать в чёрную воду внизу. Бульканье теперь доносилось со всех сторон. Их было много. Десятки. Может, больше. Они просто... были здесь. Заполняли это пространство. Ожидали.
Его нога наступила на что-то мягкое. Не слизь. Что-то другое. Он посветил вниз, едва приоткрыв ладонь. На мостке лежал клочок ткани. Синей, прочной ткани. Рядом — обломок пластикового корпуса от чего-то, что могло быть фонарём или прибором. А чуть дальше... кость. Длинная, человеческая, белая и чистая, будто её обглодали до блеска.
Он перешагнул через неё, стараясь не думать, чья это нога или рука. Мысли упрямо возвращались к бейджику на его груди. Настя, 14 лет. Сколько таких же, как она, прошло здесь? Сколько не дошло?
Внезапно, прямо перед ним, из воды с тихим хлюпающим звуком выползло что-то. Не крупное. Размером с большую собаку. Тело его было бесформенным, студенистым, но с несколькими гибкими, щупальцевидными отростками. Оно не обратило на него внимания. Оно поползло по мостку к ближайшему гнезду, прилепившемуся к стене. Один из отростков, тонкий и острый на конце, проник в полупрозрачную оболочку. Гнездо затрепетало. Из него в отросток потекла какая-то тёмная жидкость. Существо пило. Медленно. С наслаждением.
Виктор обошёл его, прижимаясь к противоположной стене. Его босые ноги скользили по слизи. Он прошёл. Существо даже не пошевелилось, поглощённое своей трапезой.
Впереди туннель делал плавный поворот. Согласно карте, за поворотом должен был быть участок с лестницей наверх, к шлюзу. Луч надежды, острый как лезвие, кольнул его внутри. Он ускорил шаг, забыв на мгновение об осторожности.
И наступил на край треснувшей плиты.
Раздался громкий, сухой щелчок. Плита под его ногой качнулась, и кусок бетона с плеском откололся и упал в воду.
Звук был как выстрел.
Бульканье вокруг прекратилось мгновенно. Воцарилась абсолютная, давящая тишина. Потом — всплеск. Один. Другой. Третий. Не ленивый. Резкий. Целенаправленный.
Виктор не думал. Он рванулся вперёд, к повороту. Его ноги, скользя, отчаянно цеплялись за бетон. За его спиной вода закипела. Он обернулся, на мгновение открыв свет фонаря шире.
Из чёрной воды, в двадцати метрах позади, поднималось Оно. Массивное. Чудовищное. Тело, похожее на гигантскую пиявку или
Любимая заместительница