воспоминание? Желание? Или просто знание того, что она сейчас скажет «да».
Ася смотрела на него, переваривая.
«Им нужна похожая девушка. Агент Оушен — похожа на меня. До того, как я стала... Видимо, есть план.».
— Я даже не знаю, — сказала она, проводя рукой по своему телу, по плечам, по груди, по животу. — Вы посмотрите на меня. Я немного отличаюсь от вашего агента.
Тревис улыбнулся шире.
— Не переживайте насчет этого.
Ася замолчала. Подумала.
Спецвойска Империи. Они сказали про ее прегрешения чисто для проформы. У них есть власть. У них есть ресурсы. Они могут просто не выпустить ее отсюда, и никто не шелохнется. Исчезнет женщина. Обычная, с большими сиськами, с татуировками, снимается в порно, берет деньги за встречи. Никто не будет искать. Никто не спросит.
Это все какая-то афера, думала Ася. Но выхода у нее нет.
— Хорошо, — сказала она. — Я согласна. Что от меня требуется?
Тревис медленно расплылся в улыбке. Впервые за весь разговор его лицо перестало быть маской.
— Очень много ебаться, — сказал он.
Ася моргнула. Открыла рот. Закрыла.
Потом посмотрела на камеру в углу, на красный огонек, на свое отражение в черном стекле объектива.
— Ну, — сказала она, и в голосе ее появились привычные нотки, — это я умею
***
Ася шла по длинному коридору и просто умирала.
Каждый шаг отдавался пульсацией внизу живота. Джинсы — черные, обтягивающие, которые она натянула, не думая, — терли клитор при каждом движении, и этот ритмичный, беспощадный массаж сводил ее с ума. Ткань была жесткой, грубой, и между ног уже было мокро насквозь. Она чувствовала, как сок течет по бедрам, пропитывает джинсы, и надеялась, что на черном это не заметно.
«Я ебанашка», — думала Ася, стараясь дышать ровно. «Надо было одеть шорты. Или юбку. Или что-то, что не в обтяжку. Я же скоро перестану соображать».
А соображать сейчас надо было. Очень надо было.
Тревис шел впереди, шагая ровно, размеренно. Форма сидела на нем идеально, сапоги блестели, и он ничем не выдавал, что два дня назад его язык был у нее между ног, а член — глубоко внутри. Ася смотрела на его спину, на широкие плечи, на то, как двигаются лопатки под тканью кителя, и чувствовала, как клитор пульсирует в такт шагам.
Она попыталась замедлиться, чуть отстать, чтобы успокоиться. Не получилось.
"Как же он ебался..."-подумала Ася.
Тревис обернулся.
— Прям так плохо? — спросил он.
Ася почувствовала, как холодный пот выступает на спине.
— Я что, сказала это вслух? — выдохнула Ася.
Тревис приостановился, посмотрел на нее с удивлением.
— Что сказала? — спросил он.
Ася покраснела.
Она помнила, когда краснела в последний раз. Это было событие из разряда «увидеть падающую звезду, когда ночью скачешь на огромном члене и, кончая, мельком смотришь в окно на первом этаже в облачную погоду». То есть бывало, но очень редко. Ее лицо, привыкшее к тысячам взглядов, к сотням камер, к десяткам языков, лижущих ее тело, вдруг налилось жаром.
— Ты просто стала так дышать, — сказал Тревис. — Тяжело. Я поэтому спросил.
Ася выдохнула. Облегчение было таким сильным, что чуть не подкосило ноги.
— Я просто... просто перенервничала, — ответила она, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
— Пойдем к доктору, — сказал Тревис, уже отвернувшись. — Тебе нужно. Брифинг потом. Я передам командующему.
Ася хотела возразить. Открыла рот, чтобы сказать, что с ней все в порядке, что ей просто нужно несколько минут тишины и, может быть, холодный душ. Но потом подумала. А какая, собственно, разница? Тут что в пизду, что в жопу — один хрен не заплатят.
Женщина (Инструкция к пользованию версия 1.03)