время, что мы вместе, я даже не поцеловала другого мужчину, не говоря уже о сексе; ты считаешь, что я, скорее всего, изменю тебе, если мы останемся в браке?
— Шелли, до той ночи я никогда не думал, что это возможно, — спокойно сказал я. — Но теперь? Теперь эта возможность меня преследует.
— Чёрт возьми, Тодд, я говорю не о возможностях. Я говорю о вероятностях. Есть вероятность, что в течение десяти лет ты погибнешь в автокатастрофе или у меня обнаружат рак груди. Возможностей плохого исхода бесконечно много! Я спрашиваю, считаешь ли ты, что если мы останемся вместе, я когда-нибудь тебе изменю?
Я взвесил ответ. Я пытался ответить объективно, а не бросить что-то обидное, чтобы доказать свою точку зрения. Честно говоря, я знал, что вероятность того, что она мне изменит, ниже, чем вероятность того, что она останется верной. Для игрока это было бы лёгкой ставкой; однако я не большой любитель азартных игр.
Наверное, логичный вопрос звучит так: можно ли человека справедливо назвать чем-то, чего он на самом деле никогда не делал? Можно ли считать мужчину вором, если он никогда ничего не крал, но однажды только создал такое впечатление? Ответ — нет, если быть справедливым.
— Нет, — тихо согласился я. — Я не думаю, что ты когда-нибудь мне изменишь.
— Теперь, — сказала она, внимательно глядя мне в глаза, — ты веришь, что я когда-нибудь снова причиню тебе боль?
Я смотрел на неё в замешательстве. Это был огромный логический скачок. Она тепло улыбнулась, увидев мою реакцию.
— Правильный ответ, милый, — мягко проворковала она, — не просто «да», а «чёрт возьми, да»! Я гарантирую: если мы проживём в браке достаточно долго, я снова причиню тебе боль. Я разочарую тебя в чём-то или подведу в какой-то области. Я поступлю эмоционально, не подумав логически. Короче говоря, я снова причиню тебе боль.
— Если тебе от этого станет легче, я могу гарантировать, что и ты причинишь мне боль. Ты будешь пренебрегать мной в чём-то или отмахнёшься от моих чувств, не уделив им достаточно внимания. Факт в том, что ты тоже иногда будешь меня разочаровывать и подводить. Прости, но это и есть брак.
— То, что сделает этот брак стоящим, — это то, как мы будем справляться с этими ранами и разочарованиями. Сможем ли мы посмотреть друг другу в глаза и понять, что мы женаты на неидеальном человеке? Сможем ли мы помнить, что любим друг друга и никогда не причиним друг другу намеренного серьёзного вреда?
К этому моменту я внимательно смотрел на неё. Я был не во всём согласен с тем, что она говорила, но мне нравилось за ней наблюдать. Она уже почти кричала и широко жестикулировала руками. Её искренность, её страсть, её сердце были полностью открыты. Это была та женщина, которая принесла столько жизни и радости в мою жизнь, что когда она этого не делала, её очень не хватало. Словно по сигналу, она продолжила.
— Тодд, ты бесчисленное количество раз говорил мне, что я приношу цвет в твой мир. Что ж, тебе нужно знать, что ты приносишь структуру и фокус в мой. Без тебя моя жизнь — это абстракция, полная цвета, но без формы. А с тобой мы можем создать незабываемую картину брака.
— Пожалуйста, никогда не сомневайся, что я нуждаюсь в тебе. Если я причиню тебе боль, это, скорее всего, будет неумышленно. Если ты думаешь, что я пытаюсь манипулировать тобой ради своих эгоистичных целей, то, пожалуйста, сделай нам обоим одолжение и подай эти бумаги. Но если
Курорт Трускавец..