кожа — там, где начиналась попа, самая сладкая часть...
У него потемнело в глазах. Он схватил сумку и потащил её к машине, боясь обернуться.
В машине уже сидел Макс. Он занял место на втором ряду, рядом с водительским креслом. Игорь сел за руль. Оля с Димой полезли на второй ряд, к Максу. А Лера...
— Садись назад, с Егором, — сказала она, открывая дверцу третьего ряда. — Места там больше, ноги вытянешь.
Егор почувствовал, как сердце ухнуло в пятки. Она сядет с ним. Рядом. На две недели.
Он залез внутрь, сел у окна. Лера плюхнулась рядом — близко, очень близко. Её бедро прижалось к его бедру. От неё пахло ванилью, солнцем и чем-то еще, неуловимым, женским, от чего у него встал окончательно и бесповоротно.
Двигатель завелся. Машина тронулась. Впереди были две недели. И города: Суздаль, Владимир, Ярославль, море. И она. Рядом.
Егор закрыл глаза и попытался дышать ровно. Но её бедро прожигало его через джинсы. И он знал: это только начало.
Как я перевоспитала гея