влажными, а сердце начинает биться в бешеном ритме, отдавая пульсацией в кончиках пальцев.
Для Коли это выглядело как обычная дружеская услуга, но для Вики каждое движение было как удар хлыстом. Она ощущала, как Марк едва заметно подается назад, подставляя плечо под её руки, и это почти незаметное движение было для неё самым откровенным признанием. Вика чувствовала себя раздавленной: она была здесь, в своем доме, с мужем, но в этот момент принадлежала только этому мужчине и той женщине, что с насмешкой наблюдала за ней с дивана.
Когда две минуты, которые показались вечностью, наконец истекли, Вика отдернула руки, словно обжегшись. Она быстро вернулась на свое место, стараясь не смотреть ни на кого. Её дыхание было сбивчивым, а в глазах стояли слезы, которые она отчаянно пыталась скрыть.
— Спасибо, Вик, прямо спасла, — лениво бросил Марк, даже не обернувшись.
— Теперь твоя очередь, дорогая, — пропела Алиса, указывая на бутылку.
Вика, всё ещё дрожа, потянулась к стеклу. Она крутанула бутылочку с такой силой, будто хотела отшвырнуть её прочь из этой комнаты. Бутылка бешено завращалась, превращаясь в размытое пятно, и постепенно начала замедляться, скрежеща по полу.
Алиса тихонько рассмеялась, когда горлышко бутылки остановилось на ней. Она выглядела абсолютно довольной, словно именно этого исхода она и ждала.
— Ой, какая удача! — пропела она, закидывая голову назад и глядя на остальных с лукавым блеском в глазах.
— Теперь я решаю свою судьбу.
Коля, всё ещё пребывающий в состоянии легкой эйфории от «дружеского вечера», улыбнулся.
— Ну что, Алиса, правда или действие? — спросил он, искренне полагая, что теперь игра станет более сбалансированной.
Алиса медленно перевела взгляд с Коли на Марка, а затем на бледную Вику. В её глазах промелькнуло нечто темное, почти садистское. Она знала, что сейчас все ждут её выбора, и она не собиралась их разочаровывать.
— Конечно, действие! — воскликнула она, вскакивая с места и грациозно подходя к Марку.
— Я слишком люблю приключения, чтобы выбирать скучную правду.
Она обернулась к Вике, и её улыбка стала шире, обнажая зубы.
— Но так как я сейчас в паре с Марком, моё действие будет общим. Викуля, раз уж ты сегодня такая... отзывчивая... помоги нам.
Алиса замерла в ожидании, её лицо сияло притворным азартом. Она была уверена, что Вика слишком напугана, чтобы проявить хоть какую-то инициативу.
— Ну же, Викуля, не молчи! — пропела Алиса, глядя на неё с вызовом.
— Правда или действие? Выбирай за меня, я сегодня полностью в твоей власти.
Вика медленно подняла голову. В её взгляде впервые за вечер промелькнуло что-то, кроме ужаса — слабая, почти неощутимая искра злости. Она посмотрела на Алису, которая так уверенно прижималась к Марку, и почувствовала, как в груди закипает глухая ярость. Она знала, что Алиса не простит ей никакой дерзости, но сейчас, под прикрытием игры, она могла попробовать нащупать её слабое место.
Вика сглотнула. Она не могла потребовать чего-то слишком откровенного, чтобы не вызвать подозрений у Коли, но хотела задеть самолюбие Алисы.
— Сними... сними всё лишнее, — начала Вика, но тут же осеклась, понимая, что это слишком.
— Сними украшения. Все. И отдай их Марку, чтобы он их подержал. А потом... поцелуй его в ноги. Прямо здесь, перед нами.
В комнате воцарилась звенящая тишина. Коля моргнул, не понимая, шутит Вика или нет. Алиса же застыла, её улыбка медленно сползла с лица. Это было не просто задание — это была попытка Вики превратить Алису из «королевы вечера» в покорную служанку.
— Ого, а Вика сегодня в настроении! — рассмеялся Коля, хотя в его смехе уже слышались нотки смущения.
Делать нечего!