тяжелая, липкая тишина. Коля замер, его лицо вспыхнуло. Это было слишком откровенно даже для него, но правила игры и давление компании уже начали действовать.
Коля, подгоняемый неловкостью и странным, пробужденным Алисой азартом, резко подался вперед. Он обхватил лицо Вики ладонями, почти грубо притянув её к себе. Вика вскрикнула, но звук потонул в его губах.
Это не был нежный поцелуй. Коля, желая соответствовать требованию «безумного желания», впился в её губы с неожиданной силой, врываясь языком в её рот. Он пытался доминировать, пытался показать, что эта женщина принадлежит ему. Вика замерла, её тело стало каменным, а глаза расширились от ужаса. Она чувствовала, как его слюна смешивается с её собственной, как он тяжело дышит ей в лицо, но всё, что она видела, зажмурив глаза, — это лицо Марка.
Она чувствовала на себе его взгляд. Марк не просто смотрел — он пожирал её, наблюдая за тем, как её муж нелепо имитирует страсть. Вика ощутила, как внизу живота предательски сжался узел желания, вызванный не поцелуем мужа, а осознанием того, что Марк видит её сейчас в этой постыдной, уязвимой позиции. Она начала тихо стонать, но Коля принял это за ответный экстаз и сжал её талию еще сильнее, почти до боли.
— О да, Коленька, не останавливайся! — пропела Алиса, её голос был пропитан ядом и восторгом.
— Смотри, как она откликается! Кажется, ты давно этого не делал, а?
Когда Коля наконец отстранился, тяжело дыша, Вика едва не упала. Её губы припухли, а взгляд был абсолютно пустым. Она чувствовала себя грязной, использованной и полностью разоблаченной, хотя Коля всё еще улыбался, считая, что он «выиграл» этот раунд.
Коля, всё ещё пребывая в состоянии странного возбуждения, резко крутанул бутылочку. Стекло завращалось, создавая в тишине комнаты резкий, скрежещущий звук, и, постепенно замедляясь, остановилось точно на Марке.
— Ну что, Марк, не будем затягивать. Правда или действие?
Марк посмотрел на Колю с легкой, почти снисходительной улыбкой. Он заметил, как Вика, всё ещё дрожащая, украдкой взглянула на него, и в этом взгляде была мольба.
— Знаешь, Коль, за весь вечер никто ещё не выбрал правду, — спокойно произнес Марк.
— Давай начнем с этого. Я готов быть честным.
Коля задумался на секунду. Он не хотел спрашивать о чем-то слишком личном, но в его голове всё ещё крутилось задание Алисы про «совместимость».
— Хм... ладно. Тогда скажи честно, — Коля с любопытством посмотрел на Марка, — какая твоя самая большая слабость в женщинах? Что тебя по-настоящему заводит, чего ты не встретишь в каждой второй?
Марк медленно перевел взгляд на Вику. Он смотрел на неё так, будто она была раздета прямо здесь, перед её мужем. В его глазах вспыхнул темный, хищный огонь.
— Моя слабость? — Марк сделал паузу, и его голос стал ниже, вибрируя от скрытого смысла. — Меня заводит... отчаяние. Когда женщина понимает, что она в ловушке, когда она разрывается между тем, что «должна», и тем, чего хочет на самом деле. Эта смесь страха и запретного желания... это самое возбуждающее, что может быть.
Вика почувствовала, как воздух в комнате внезапно закончился. Она буквально ощутила, как эти слова обволакивают её, как Марк только что публично описал её состояние, не называя имени, но оставив её наедине с этим знанием. Коля же просто кивнул, посчитав ответ Марка «мужским и глубоким».
— Ого, глубоко зашел, — усмехнулся Коля.
— Ну, теперь твоя очередь крутить.
Марк потянулся к бутылочке. Его пальцы коснулись стекла с какой-то ленивой уверенностью. Он крутанул её не слишком сильно, словно
Ода Жопе