в троице гостей, только фыркнул в ответ. Он с силой дёрнул кольцо банки пива, раздался хлопок, и банка, зашипев, выпустила облачко холодного пара. Он прильнул к ней губами, сделав долгий, шумный глоток.
— Да кто вам, ботаникам-интеллектуалам, вообще поверит? — процедил он, отрываясь от банки. — Вы ж, кроме как на мамок своих да на одноклассниц засматриваться, ни на кого не способны. Ртом щёлкаете, как рыбы на берегу.
Серега покраснел, как рак, и хотел что-то резко ответить, отстаивая честь своего «цеха», но Саня, всё ещё лежа с закрытыми глазами, тихо, но властно его остановил.
— Остынь, братан. Не корми тролля. — Он повернул голову, и его взгляд, сквозь щёлочку век, встретился с насмешливым взглядом Димона. — Паримся? На счёт того, что наши ребята сейчас вернутся и привезут девочек. И не абы каких.
Димон усмехнулся, его белые зубы ярко блеснули на загорелом лице.
— О, паримся, а то что же!— воскликнул он, и в его тоне зазвенел азарт. — Если ваши язвы хоть кого-то приведут, хоть одну несчастную амебу, я сегодня за всё барю. Пиво, шашлык, морепродукты — всё за мой счёт. Если нет, — Он обвёл их взглядом, и его улыбка стала хищной, — вылазите из своих раковин, отряхиваетесь от этой тоски и идёте с нами на центральный пляж, по-мужски, снимать нормальных, горячих телок. Без обид, братья. Просто бизнес.
Внутри у него всё ёкнуло, в животе засосало от нервного напряжения. Он верил в своих друзей, знал их упорство, но ставки были высоки, а Димон и его пацаны смотрелись слишком уверенно.
Сергей и Паша, подбадриваемые взглядами, ушли, пообещав вернуться не с пустыми руками. А оставшиеся залегли в скудной тени валунов.
***
Время тянулось мучительно медленно, каждая минута ощущалась физически. Пиво в бутылках и банках теплело, солнце пекло немилосердно, отражаясь от светлой гальки слепящими бликами.
Шутки Димoна и его компании, становились всё злее, язвительнее, они в подробностях обсуждали каждую девушку, мелькнувшую вдали на центральном пляже, строили похабные планы.
— Да ничо они не найдут, — уже минут через сорок уверенно, с самодовольным вздохом заявил Димон, растягиваясь на полотенце, как кот, и закидывая руки за голову. Его пресс напрягся и расслабился, демонстрируя идеальные кубики. — Им даже бабки с внучатами откажут. Сидите, мужики, готовьтесь к позорному шествию. Без эстетики, без красоты. Одна суровая мужская реальность.
Саня уже начал нервно поглядывать на узкую, петляющую тропинку, ведущую к городскому пляжу, сердце его стучало где-то в горле. И в этот самый момент, словно почувствовав его напряжение, у всех по очереди завибрировали телефоны. Затем ещё раз. В их общем, самом весёлом чате, всплыло сообщение от Сергея.
Сергей:
«Мужики, творите молитвы и готовьтесь. Одну нашли. Всего одну. Но зато какую. Фото, видео прикладываю, общагу не рвите».
Все пятеро, как по команде, прильнули к экранам. Димон приподнял бровь. В воздухе повисло напряжённое молчание.
Под сообщением, медленно, торжественно, как знамя, загрузилось изображение. Пиксели складывались, как мозаика, открывая сначала размытый фон, потом чёткие контуры. Оно было сделано сзади, с большого расстояния, на зум, но качество было приличным.
На нём была запечатлена женщина в бикини цвета сочного, глубокого аквамарина, такого же, как море в этот день. Она стояла, повернувшись спиной к фотографу, на краю шумного людского пляжа.
Узкая полоска ткани, на завязках сзади, едва прикрывала невероятно упругие, идеальной округлой формы ягодицы.
Каждая половинка была отдельным шедевром: гладкая, загорелая, с чёткой, соблазнительной ложбинкой между ними, которая уходила в тень под тканью. От этого зрелища у любого мужика кровь ударила бы в
Толик в нашем СХТ