пластиковой бутылке, тёплая, с привкусом пластика.
Алиса сидела, прислонившись к шершавой коре, и смотрела на мать. Та сидела, вытянув раненую ногу, лицо было серым от усталости. Её алое свечение действительно было искажено — из раны, сквозь прожжённую ткань штанины, тянулись тонкие, ядовито-фиолетовые нити, которые медленно расползались по энергетическому контуру тела. **Статус: Чужеродное заражение. Прогресс: 12%.**
Цифры висели перед глазами, холодные и неумолимые.
«Мама», — снова начала она, уже мягче.
Оксана подняла на неё взгляд. В её глазах не было гнева. Только глубокая, животная усталость. «Я знаю. Я чувствую. Холод внутри. Расползается».
«Мы должны что-то сделать».
«Что?» — Оксана горько усмехнулась. «Выковырять? Прижечь? У нас нет медикаментов, Алиса. Нет антибиотиков. Нет ничего. Есть только движение вперёд. Пока я могу идти — мы идём».
Полина смотрела на них обоих, её золотая аура дрожала от беспокойства. «А если... если система? Может, за убийство чего-то сильного дадут лечение? Или... или эволюция?»
«Возможно», — согласилась Алиса. Она вызвала интерфейс, пролистала свои данные. Никаких новых подсказок. Никаких доступных «лечебных» навыков. Только холодная логика убийства и выживания.
«Тогда нам нужно больше опыта», — тихо сказала Полина. «Быстрее».
Оксана закрыла глаза, откинув голову на корни. «Десять минут. Не больше».
Тишина снова накрыла их, на этот раз тяжёлая, полная невысказанного страха. Алиса не могла отвести взгляд от фиолетовых нитей. Они пульсировали в такт слабому сердцебиению матери. 12%. А завтра? 20? 50?
Она зажмурилась, пытаясь отключить зрение. Оно подчинилось с трудом. Данные отступили, оставив после себя лишь тревожное послесвечение на сетчатке.
Шум пришёл с воздуха.
Сначала тихий, едва уловимый гул, похожий на отдалённый электромотор. Затем громче. Алиса мгновенно открыла глаза, включила тактическое зрение. Небо над пологом леса было чистым от аур. Но звук приближался.
«Вниз!» — прошипела Оксана, и они все прижались к земле, зарывшись в гнилую листву.
Над верхушками деревьев проплыло нечто. Длинное, сигарообразное, метров десять в длину. Металлическая поверхность отливала тусклым серым цветом, без швов, без окон. Оно не летело — парило, почти бесшумно, если не считать того низкого гула. От него исходило интенсивное синее свечение, слепящее для её зрения жизни, испещрённое сложными, нечитаемыми глифами.
Объект медленно двигался на юг, методично сканируя местность. От его нижней части исходил веер тонких, почти невидимых лучей света, которые прощупывали лесную подстилку.
Они не дышали. Алиса чувствовала, как бьётся сердце Полины где-то у неё за спиной. Собственное сердце стучало в висках. Синее свечение было таким чужим, таким подавляющим, что хотелось зажмуриться и не открывать.
Луч скользнул по корням их дерева, на секунду осветив пространство перед их укрытием. Замер. Алиса увидела, как внутри объекта что-то переконфигурируется, сияние сменилось с голубого на оранжевое.
«Оно нас...» — начала она, но Оксана резко сжала ей запястье, заставляя замолчать.
Объект завис. Гул усилился. Затем, без видимой причины, луч отключился. Сигара плавно развернулась и продолжила путь, скрывшись за деревьями. Гул стих.
Они лежали ещё минуту, может, две.
«Что это было?» — выдохнула Полина.
«Патруль. Или сборщик. Неважно», — Оксана осторожно поднялась, отряхиваясь. Её лицо было влажным от холодного пота. «Оно искало что-то. Или кого-то. Нас не сочло угрозой. Или... не заметило».
«Оно заметило», — тихо сказала Алиса. «Луч остановился. Потом ушёл. Как будто... получил команду».
Оксана посмотрела на неё. «Значит, здесь есть правила даже для таких вещей. Или приоритеты. Всё, что нам нужно знать — что оно здесь есть. И что в следующий раз нам может не повезти. Пошли. Это место скомпрометировано».
Они выбрались из укрытия и ускорили шаг, теперь уже не скрывая шума, лишь бы уйти подальше. Лес менялся — деревья становились выше, тоньше, с серебристой корой. Воздух стал
Моя маленькая фантазия, или как я согрешил с сестрой Ч.1