приветствиями, очень по тебе скучали, так рады, что ты вернулась». Вероника закрыла входную дверь. Она услышала щелчок замка. Под руку с Екатериной они направились к её «Жигулям».
Екатерина соблазнила Веронику, во время и после первой фото сессии. Они были любовницами и встречались почти год. В конце концов, увлечение Вероники лесбийскими отношениями было скорее экспериментом, чем серьезными обязательствами. Екатерина же, напротив, была полностью предана им. Тем не менее, когда Вероника решила, что гетеросексуальный образ жизни ей по душе, и они с Вероникой оставались лучшими подругами и любовницами.
По дороге обратно в Санкт-Петербург, Катя, спросила Веронику о её здоровье, отметила, что та не сильно поправилась, что её лицо сияет чистотой, кожа и цвет лица прекрасны, волосы блестят, глаза сверкают, и вообще, она очень красива молодая женщина. Вероника тихо сидела, сжимая руки на коленях. Внимательно выслушав её, Екатерина замедлила свой быстрый, отрывистый голос, увидев, как с щек подруги скатились две огромные слезы.
Екатерина протянула руку и взяла левую руку Вероники в свою правую. Катя, крепко держа подругу за руку, сказала: «Я не знаю, что случилось, дорогая, но я здесь, чтобы поддержать тебя, и мы всё исправим. Обещаю!».
Когда Катя произнесла эти слова с искренней любовью и душевной теплотой, плотина внутри Вероники прорвалась, и эмоции выплеснулись наружу. Она рыдала, плакала и бормотала о том, что её не любят, что её муж Эдик ей неверен, что её жизнь — сплошной беспорядок, что муж её не любит, что он называет её толстой и свиньёй, и что он не проявляет к ней никакого сексуального интереса, хотя и не проявлял его с самого начала брака, и так далее, и тому подобное.
Екатерина держала Веронику за руку, щедро осыпая ее похвалами и ободряя. Не придавая этому значения, и остановившись у дома Екатерины, она протянула руку и несколько минут обнимала подругу, пока Вероника не пришла в себя.
— Позволь мне подойти и помочь тебе, дорогая. Пойдём поднимемся в мою квартиру, мы выпьем чаю, и ты расскажешь мне обо всем. Мы все исправим. Обещаю!
Екатерина обошла свои старенькие «Жигули», со стороны пассажирского сиденья и помогла Веронике выйти и подойти к входной двери в подъезд. Вероника все еще шмыгала носом, плакала и приходила в себя. Они поднялись на третий этаж, Екатерина открыла входную дверь в квартиру, и внезапно огромная тень бросилась на женщин. Вероника вскрикнула, Екатерина заблокировала своим телом летящего к ним пса, и пёс залаял и завилял хвостом.
— Борька, ты болван, неужели ты не видишь, что у нас гости! Пёс стоял прямо, высунув язык и тяжело дышал, приветственно виляя хвостом.
Он подошел к Веронике и просунул морду, под короткий подол ее похожего на шатер платья, для беременных. Его горячее дыхание на бедрах Вероники заставило ее слегка споткнуться. Екатерина отогнала огромного черно-серого пса и отвела Веронику к большому удобному дивану. Катя принесла хорошую жесткую подушку, для поддержки спины Вероники и подвинула банкетку, чтобы Вероника могла приподнять ноги и предотвратить отек лодыжек.
Екатерине, которой приходилось постоянно отталкивать Борьку, пока она устраивала Веронику на диване, извинилась за его поведение. Катя сказала, что взяла Борьку примерно, за месяц до отъезда в командировку на Дальний Восток. Екатерина сказала, что отдала его в школу дрессировки на время её отсутствия в Санкт-Петербурге. Она забрала этого огромного пса, только вчера. Она заметила, что, должно быть, были какие-то суки в течке, из-за чего Борька стал вести себя так глупо. Вероника рассмеялась дрожащим голосом и пробормотала: «По крайней мере, он проявляет ко мне интерес и внимание». Екатерина поняла ее замечание,
Желание...