настроению. Надюша не возражает, только просит созваниваться заранее. А к Симе заходит какой-то мужик, Гришей его зовёт. Кто он ей, не говорит. На ночь не остаётся, но пару раз видел его.
– С кем тебе лучше с Надей или с Симой? – сменила Веруша тему, понимая, что у подруг есть свои секреты от посторонних.
– Лучше с Клашей. Часто думаю, Веруша, зачем она за отца выходила если не любит его. Солдафон, с женщинами груб и требователен. Разошлись бы по-хорошему, ей и меня вполне хватает. А женюсь, вас для меня много не будет.
– Это какая жена попадётся, может, её твой гарем не устроит.
– Танюшу устроит, главное, Верочка, чтобы и тебя это устроило.
Они вошли в подъезд и поднялись в девятую квартиру. Виктор помог Вере снять зимнее пальто и сапоги, достал из шкафчика домашние шлёпанцы.
– Вот, Верочка, мамины тапки на твои красивые лапки, – положил Виктор шлёпки перед Верой Павловной. Сейчас куртку сниму, разогрею ужин, а ты пока можешь принять душ. Позови спинку потереть. Чистое полотенце мать уже повесила.
– Ты меня даже не поцелуешь, Витя? От отца набрался гостеприимства, весь такой деловой? Чтобы я этой зануде свою дочь отдала? Даже не мечтай, Витенька, выпрашивай у такого секс по графику посещений жены, как конфетку.
– И чего ты завелась на пустом месте, Верунь? Иди ко мне моя конфетка. Я тебя пососу немножко, чтобы не обижалась. Привыкла моей Клашей командовать.
Витька привлёк к себе Веру Павловну за талию и впился в приоткрытые губы своей любовницы, постепенно спуская руки ей на ягодицы.
«Вот пазл и сошёлся для меня, просто какое-то дежавю». Осталось для Вити стать тёщей и называть его сыном.
***
Начальник Управления МВД генерал Князев прочёл предписание из МВД РФ г. Москва следующего содержания: «В связи с постановлением руководства Российской Федерации, учитывая просьбу правительства Казахстана, принято решение о продлении срока для ряда участников миротворческой миссии ОДКБ до особого распоряжения. Список лиц, изъявивших добровольное согласие на пребывание в рядах миротворческой миссии ОДКБ, прилагается ниже». Пробежав глазами список командированных от Управления в Казахстан, Дмитрий Михайлович потёр виски, подёрнутые сединой и, нахмурив брови, распорядился по селектору, вызвать к себе Куприянову Веру Павловну.
– Клавдия, найди Куприянову и вместе зайдите ко мне.
Появившихся в дверях кабинета женщин, Князев пригласил для разговора о теме депеши из Москвы.
– Клава, твой супруг не сообщал, когда его ждать из командировки домой?
– Что Вы, Дмитрий Михайлович, да мне-то откуда знать, он мне о сроках зарплаты не сообщает. От нашего главбуха проще узнать что-либо. А что-то случилось?
– С ним ничего. Я тебя должен предварительно «обрадовать» касательно твоего супруга о продлении срока командировки для него и его сестры – старлея Суржиковой. В соответствии с директивой из Министерства МВД Москвы десять человек изъявили желание продолжить пребывание в Казахстане до особого распоряжения. Ну ладно бы Зимин, а твоя-то подруга, Веруш, чего додумалась изъявлять добровольную прыть повоевать на благо Отечества. Кормят там, что ли вкуснее чем дома?
– Вот же блять ретивая, стукнув кулачком по столу, выругалась Вера Павловна. Явно метит в руководство отделом на моё место, так званием не вышла. Там не ниже майором надо быть.
– А что ты думаешь, она себе и звание должное отвоюет при таких-то амбициях. Собственно говоря, я вас барышни вызвал предупредить, чтобы информацию о сроках и добровольном изъявлении не распространять до определённого времени. Хотя в любом случае и при любых обстоятельствах, все всё узнают по возращении сослуживцев.
Ступай, Клавдия. Я жду дополнительных сообщений и циркуляров из Министерства.
Когда ебёшь чужую жену и своей будь добр делится...