сказал, что ты опять думаешь только о себе. Это эгоизм. Тебе бы от него избавиться, Андрюх. А то смотри, таким темпом ты закончишь жизнь в одиночестве, точно говорю.
Я уже хотел возмутиться, потому что история об эгоизме поражала меня до глубины души. Но Леха заметил это, сжал плечо и продолжил говорить громче, не давая мне ничего сказать.
— В одиночестве! И не спорь. Смотри на факты. Ты хотел похвастать женой. Но в этот момент не подумал ни о нас, ни о ней. Только о себе. Потом, когда пришло время исправлять положение, ты с надутыми губками ходил весь вечер, думая, что тебя обделяют где-то. Опять думал о себе. Жена, в отличие от тебя, всегда шла на встречу. И рюмку подаст, и нальет, и еды положит, и улыбкой поддержит. И переживала за тебя, хотела помочь, нам сгладить вечер. Думала о тебе, о нас, а не о себе. Но даже тут ты надулся. А сейчас что? Ей хорошо. Она и мужчинам в доме помогла, и за мужа заступилась, и сама в процессе умудряется получать удовольствие. Все в выигрыше. Но ты опять недовольный. Стоишь, бурчишь тут. А мог бы расслабиться и кайфовать!
— Ты смеешься щас? Какой тут кайфовать? — я закипал.
— А что? Поводов мало тебе? За друзей можешь порадоваться. За жену можешь порадоваться. А как тебе лично кайфовать - это, извини, уже твоя задача. За тебя никто не придумает.
— Посмотрел бы я на тебя, если бы мы толпой тут твою жену ебали. — буркнул я себе под нос.
Вдруг Леха крепко схватил меня за плечи и развернул к себе. Я аж чуть не упал на повороте. И с испугом уставился на него. Он злобно на меня посмотрел.
— Ты че базаришь, а? Я свою жену дома держу, и по мужским сходкам не таскаю, понял? И никому про нее плохо говорить не позволю. Еще раз хоть намек услышу, щелкну так, что до заводских настроек сбросишься, понял? — прорычал он. Я рефлекторно кивнул. — Макс весь день на нее слюни пускал, ты хоть слово сказал? Потом в бане ей в рот дал, все в курсе были. Ты молчал, улыбался. Остальным что думать надо? Жена твоя тоже все поняла. Когда Макс ее ебал, ты в курсе был. Она тоже не дура. Раз мужик разрешает, че терпеть-то? Значит нравится ему. А теперь че? Решил мину тянуть и ныть, как тебе жить тяжело? Ее Витек щас трахает, иди, скажи ему! Че стоишь? Или мне скажи? Я ее только что выебал. Знаешь как классно? Киска узкая, тугая, влажная. Я ее ножки аж на плечи закинул и драл хорошенько, так что она еще и еще просила! У нее небось до сих пор на сиьсках следы от моих пальцев, глянешь потом. Скажешь? Или че? Сделаешь вид, что ничего не происходит, как страус, а? Хочешь, член покажу? До сих пор в ее смазке наверно, и пахнет! Запах жены узнаешь?
Он сильно оттолкнул меня, что я впечатался спиной в косяк от навеса. Меня затрясло от страха. Леха подошел чуть ближе и помахал перед лицом указательным пальцем.
— Язык свой поганый при себе держи, понял?
— Понял.
— Иди проспись, а то херню базаришь уже. Если так продолжится, домой, нахрен, один поедешь, понял? Никому тут твое нытье не сдалось. Все уже поняли, что к чему, так что не хрен тут в обиженку играть.
Когда он договорил, я ушел. Сердце сильно стучало. Я скорее добрался до дивана и упал. Вертолетов уже не было. И
Обратная сторона или "Тройной Ридбергер".