наконец расслабилась. Легла на спину и глубоко задышала, чтобы успокоиться.
Я же в этот момент был подобен сжатой пружине, готовой взорваться в любую секунду. Член ныл, внутри все тянуло. Но я ждал. Пока она успокоиться, пока пройдет достаточно времени, пока перестану слышать Макса.
Не знаю сколько прошло, но я уже чувствовал, что больше не выдержу. Макса было не слышно, а дыхание Лены выровнялось. Набравшись смелости, я медленно, будто только просыпаюсь, развернулся.
— Доброе утро. — прохрипел я.
Голос был неожиданно сухим и хриплым. Видимо я пока недооценивал свое похмелье.
— Доброе утро. — отозвалась Лена.
Она улыбнулась мне. Обвила руками за шею и нежно потянула к себе. Оказалось, я успел сильно по ней соскучиться. И теперь, когда смотрел в глаза, будто снова влюбился. Такими они были красивыми и глубокими. Ну и напряжение в трусах сказывалось. Мне сильно хотелось сблизиться. Так что без задней мысли я поддался вперед и мы сплелись в страстном поцелуе.
Весь мой рот в миг наполнился солоноватой влагой. И я в ту же секунду с ужасом осознал, что сделал. Но назад пути не было. Мы продолжили целоваться. Ленин язычок проворно сновал у меня во рту, покрывая все этим терпким вкусом.
Но из-за сильного возбуждения, у меня не вызвало это отвращения. Наоборот, я почему-то лишь сильнее завелся. Вкус начал сводить меня с ума. И я, как обезумевший, ворвался язычком в ее ротик и начал облизывать все, до чего мог дотянуться.
— Иди ко мне, я уже готова. — шепнула мне Лена, прервавшись на сеукнду.
Она потянула меня за талию к себе. Я приспустил трусы, выпуская член, и забрался на нее сверху. Лена была в ночнушке. Трусиков на ней не оказалось. Я приставил головку ко входу и осторожно надавил. Медленно она проскользнула внутрь. Но когда вошел, я почувствовал, как там было горячо и влажно. Знакомое ощущение блаженства. Лена сдавленно простонала, пошире раздвинув ножки.
Мы продолжали целоваться, и я начал двигаться. Боже, какое это было блаженство! Член так сладко утопал в ее лоне, а по всему телу разливались горячие волны наслаждения. Я хотел кончить в ту же секунду! Но специально двигался как можно медленнее, чтобы растянуть этот пик блаженства.
Я вошёл до самого конца одним плавным, но сильным движением и замер, чувствуя, как она пульсирует вокруг меня, обхватывая так плотно, что казалось, ещё чуть-чуть и я просто взорвусь. Лена вскрикнула коротко, почти удивлённо, вцепилась ногтями мне в спину и тут же начала двигать бёдрами навстречу. Мелко, жадно, будто не могла больше ждать ни секунды.
Мы нашли ритм почти мгновенно. Не быстрый, но глубокий, плотный, с долгими вдавливаниями, когда я прижимался к ней всем телом, а она обхватывала меня ногами за поясницу, не давая даже на миллиметр выйти. Каждый раз, когда я входил до упора, она издавала этот низкий, гортанный звук. Не стон даже, а что-то среднее между стоном и рычанием, от которого у меня волосы на затылке вставали дыбом.
Я чувствовал, как внутри неё всё сильнее пульсирует, как она становится ещё горячее и ещё мокрее. Мои движения становились резче, тяжелее, уже не сдерживался. Лена вдруг вцепилась мне в волосы, притянула лицо к себе и зашептала прямо в губы, задыхаясь:
— Кончи в меня! Я хочу тебя почувствовать внутри!
Я и без того был на грани все это время. Слишком возбужден для обычного секса. Слишком сильно ее хотел. И слишком странные были обстоятельства.
А еще и эти слова ударили как ток. Я сделал несколько глубоких сильных толчков и всё. Волна накрыла с головой. Я вжался в неё всем
Школьное наказание - заслуженные пощёчины