уже так рад меня видеть! Ох, а ты здесь не малыш, ты великан!
Вор, слава богу, уже не обращал внимания на весь этот бред. Задавать вопросики он тоже перестал и перешел к утверждениям.
— Шлюха, ты хочешь быть выебанной! Щас сделаем!
Алярм! Этого в плане не было! Предполагалось что нам откроют дверь, а Дюваль с Эшфордом войдут вслед за нами и скрутят этих похмельных пассажиров. Максимум, Дейзи с Конни должны бы были отвлечь их минетом или петтингом. Однако Люсьен в тонкости нашего планирования посвящен не был, и, сдернув с себя штаны, он резко развернул Дейзи и толкнул вниз, нагибая.
— Дейзи, вон тумбочка! — внутренним голосом успел указать я девушке. Та поняла, и, призывно качая задницей, облокотилась на тумбочку где лежал револьвер. Люсьен хлопнув ее по этой самой виляющей попе, сноровисто задрал юбку и, нащупав вход, резко вошел в ее киску. Вместе с Дейзи мы почувствовали небольшую боль, и сразу вслед за этим я услышал и мысли девушки:
— Ой, Господи, что же это! Мы же так не договаривались! Я только сегодня стала девушкой Томми, и вот уже с другим. Это же только мой третий раз! Я не такая! Но что делать, что делать! Томми поймет, простит, у меня не было выхода! Он сам меня об этом не попросил. Или это моя вина? Но что я могла поделать с этим мужланом?
— Дейзи, перестань хрень всякую думать, скорее, вон револьвер! — Мой мысленный окрик подействовал. Дейзи начала подаваться попой навстречу толчкам Люсьена, насаживаясь на его хер. И, такая неловкая, в порыве страсти случайно зацепила оружие рукой! Тот, кувыркаясь, полетел куда-то в щель между кроватью и стеной. Опьяненный похотью ебарь не обратил на это внимания, продолжая трахать подмахивающую девицу. Левой рукой он стянул лиф платья вниз, и, высвободив грудь, стал ее мять и тянуть сосок. Правой же он отвешивал методичные шлепки по нашей попе, приговаривая:
— Что шлюха, нравиться? Нравиться когда тебя ебут, а? Только о херах и думаешь, да? И том чтобы тебя выебли хорошо? Давай, скажи, не стесняйся!
Нельзя, нельзя выбиваться из образа! До револьвера ему теперь не дотянуться, но есть еще ножи. И Дейзи, сладострастно постанывая, подыграла:
— Да, нравится! Я шлюха, шлюха живет только чтобы ее ебали, еби меня, я только про твой хуй и мечтала!
Мы, точнее Дейзи, кстати, начали входить во вкус. Внизу стало тягуче-приятно, подмахивали мы уже по собственной инициативе, активно, и с энтузиазмом. Близился момент блаженства, как вдруг Люсьен, зарычав, с силой прижал Дейзи к себе и замер, заливая ее маточку своим семенем. Блядь, кримпай это плохо, но ожидаемо, позже разберемся. Что Дейзи не кончила обломно конечно, но не критично. А сейчас наш шанс. Дейзи, помни про сумочку!
Девушка слегка присела, широко расставив ноги. Из ее лона медленно вытекали белые капли.
— Ох, красавчик, ты столько накончал! Ты такой мужественный! Надо вытереть, а то всю юбку запачкаю!
Наклонившись, Дейзи подняла с пола упавшую сумочку, открыла и.... в лоб Люсьену уставился ствол маленького дамского револьвера.
— Красавчик, не дури, и все будут живы и здоровы! Конни, скорей, дверь! — Это она уже себе Голосом помогает, чтобы никто и не подумал усомниться в ее словах. Констанция не вставая с колен, только выплюнув член Гастона, который кайфовал себе, даже заложив руки за голову, метнулась к двери, отпирая замок.
— Анри, Томми! — буквально через секунду они оба с оружием наизготовку оказались внутри. Обалдевший Гастон, не успевший, в отличие от брата, кончить, со стояком, путаясь в спущенных штанах, попытался было схватиться за
Подкрался вечер