но тут понял, что эти слова Дейзи не высказала вслух, а подумала. Первый раз я услышал ее мысль. Стоп, так она же послушалась меня, когда я ей подсказал, ведь так? Как бы проверить? Мы уже вышли на привокзальную площадь и тут я увидел высившуюся над городом здоровенную стальную башню. До нее было где-то с пару километров. У ее вершины висели две казавшиеся огромными, несмотря на расстояние, туши. Дирижабли!
— Интересно было бы рассмотреть их поближе, - подумал я. И вдруг Дейзи остановилась, вглядываясь в даль.
— На левом корабле надпись: R101 «Эмпресс оф Индия». — отметила девушка:
— Наверное летит в Калькутту. Или из нее. А правый: «Ле Триумфант»
— Этот в Дамаск, он на левантийской линии — отозвался Дюваль.
— Эх было бы прекрасно побывать что там, что там! — мечтательно вздохнула Дейзи. Дальше пошло обсуждение путешествий, но я уже не вслушивался. Во первых выяснилось, что у моей Дейзи весьма острое зрение, а у ее сестрички оказывается уже есть ребенок. Но это не главное, а главное что она уже дважды последовала моим советам. Дважды! Совпадение? Не думаю! Так, а почему? Думаем. Возьмем за гипотезу, что мои советы в обоих случаях соответствовали тому, что она и сама могла бы сказать или захотеть сделать. А вот «бросать козла и дуть к папе с мамой» девица не расположена, поэтому такого рода советы она просто игнорит. Ладно, тогда будем ставить ее на путь истинный не сразу, а маленькими шажками.
Минут через 15 ходьбы по улочкам мы оказались у цели. Однако лавка месье Мореля не то, что была открыта — напротив, у закрытых наглухо дверей скучало двое полицейских.
— Господа, что стряслось? — осведомился у стражей порядка Дюваль.
— Убийство, вот что! — ответил тот. — Утром молочница постучала, а дверь открылась, не заперта. А внутри, в кресле, сидит мертвый хозяин, антиквар. Привязанный к этому самому креслу. Час назад инспектор, месье Лефевр, новенький, закончил осмотр и тело в морг отправили.
Хм, оказывается я теперь отлично понимаю французский язык, удивился я про себя.
— А вы кто собственно будете? — страж порядка перешел к контрвопросам.
— А я клиент месье Мореля. Оставил ему на продажу наше семейное достояние: статую сатира, насилующего нимфу. Начало 18ого века, период регентства. Память о моей дражайшей прапрапрабабушке, она увековечена в этой статуе в образе нимфы, единственный сохранившийся портрет бабули. Но деньги, деньги, эх как нужны. Если бы можно одним глазком глянуть, не унесли ли грабители эту статую, как бы я вам был благодарен! — начал вешать лапшу на уши полицейским Дюваль.
— Не положено!
— Так я человек благодарный, понимаю как трудна ваша служба! — в руке Анри как по волшебству возник серебряный франк. Но взор служителя порядка вдруг упал на Конни в ее откровенном наряде и глаза сально заблестели.
– А может подружка ваша отблагодарит-то, а? — и он похабным жестом покачал кулак вперед-назад у рта, а затем шлепнул нашу сестренку по попе. Та поймала просящий взгляд Дюваля и в ответ только улыбнулась нахалу.
— Или обе подружки? Нас ведь двое, всем благодарность нужна. — Дейзи вспыхнула от такого предложения, но смолчала.
— Ну, мальчики, я могу если вы такие настойчивые — игриво протянула Конни. — Только давайте внутрь пройдем, не буду же я сосать посреди людной улицы.
— Блин что нам делать, чем быстрее найдем этот ебучий диск, тем быстрее все закончится, если согласиться, то это отвлечет ментов на какое-то время и парни все смогут нормально обыскать? — подумал я про себя.
Как все начиналось