Я зачитал это своим спутникам, что взбудоражило Джейми.
—Чёрт, этот больной урод убивает людей, а их кровь отправляет доктору Ау Юнг Лангу?!— воскликнула она.
—Похоже, что так. Ладно, давайте дальше осматриваться, — ответил я. Я пошёл обратно и попытался опробовать найденный ключ на входной двери. Не подошёл. Зато он подошёл к другой двери. Мы зашли туда и на одном из столов я увидел тело девушки в элегантном платье до колен, а рядом лежали 2 листа бумаги. Я подобрал их и принялся читать. На первом было написано:
«Е..!. Милая Сьюки! Надеюсь, ты понимаешь, что я не хотел, чтобы всё закончилось так. Это Эмили. Я знал её недолго, но она была мне как дочь, дочь, которой у нас никогда не было. Однажды ввалилась какая-то девчонка, вся избитая, и сказала, что во всём виноваты её родители. Я сказал ей, что она может остаться здесь, и что я её буду оберегать. Как я мог отправить её обратно? Мы сблизились. Наконец-то в моей жизни появился человек, который не осуждал меня за внешность, которому было важно, что я говорю. Потом появилась чёртова НКР со своими следователями, и, честно говоря, я думал, что меня поймают вместе с ней. Похищение ребёнка — это значит, что меня повесят. Но всё было не так. Я защищал эту бедную девочку. Если бы они нашли её и забрали домой, кто знает, что бы с ней случилось.
«Невидимый червь, летающий ночью, в завывающей буре, нашел твое ложе багряной радости, и его темная тайная любовь разрушает твою жизнь».».
—Он точно болен, — сказала Джейми, как только я зачитал эту записку. — Но по крайней мере мы знаем, что эту девушку звали Эмили. Интересно, сколько ей было, что ему могли пришить похищение ребёнка?
—Не удивлюсь, если с этой точки зрения они считаются детьми до 21-го года, как было у нас в убежище, — ответил Эрик.
—Зато с 15 лет можно служить в армии НКР и убивать, выполняя приказ, —заметила Дженн с сарказмом. — А ещё знаете, какой урок можно извлечь из этой истории?
—Какой? — спросила Джейми.
—Это последствия того, к чему приводят казни за преступления, отличные от убийств. У жертв нет шансов, — ответила Дженн. А я принялся читать вслух моим спутникам следующий лист, где было написано:
«Сюзанна, ты меня слышишь? Надеюсь. Мне есть что тебе рассказать.
Эти ё... детективы. Очевидно, никто не должен был знать, что она у меня, иначе её бы забрали... поэтому мы приняли некоторые меры безопасности. Для нашей безопасности ей не разрешалось выходить на улицу. Затаиться на некоторое время и через какое-то время выйти, верно? Неправильно. Эти детективы были настойчивы. Очень настойчивы. Я думал, они уйдут через несколько дней, но шли недели, а они всё ещё задавали вопросы. Должно быть, её родители были для них очень важны, раз им вообще было дело до пропавшего ребёнка, но я старался избегать этой темы. Она начала пугаться и спрашивать, когда сможет уйти. Я пытался объяснить ей ситуацию, но она только расстраивалась. Плач продолжался несколько дней, и люди в городе начали сообщать, что слышали странные звуки, доносившиеся из моего дома. Её пальцы были так повреждены от всех этих царапаний о стены. Мне было нужно только, чтобы она перестала плакать хоть на мгновение, пока детективы будут спрашивать о моём алиби. Я дал ей успокоительное, а потом ответил на их вопросы. Я был так чертовски горд... они поверили каждому моему слову. Но я вернулся, а она просто не дышала. Из-за меня.
Однажды у Надьки