новый мир." Толчки жёсткие, ритмичные, кровать скрипит под нами.
Её ногти царапают мою спину, оставляя следы. "Сильнее! Разорви меня!" кричит она, голос срывается. Ускоряюсь, бью по ягодицам ладонью – раз, два, три. Кожа краснеет, она извивается, сжимая меня внутри. Оргазм накатывает на неё волной, тело бьётся в судорогах.
Не останавливаюсь. Переворачиваю на живот, вхожу в задницу. Она стонет громче, подушка глушит крики. Мои руки на её талии, тяну назад, навстречу. "Твои дети... муж... они увидели. И что? Ты выбрала меня." Она кивает, задыхаясь. "Да... выбрала. Они ничего не значат. Только ты."
Кончаю внутрь, горячие струи заполняют. Вытаскиваю, сперма вытекает. Она лежит, дыша тяжело, тело в поту. Сажусь рядом, глажу волосы. "Теперь расскажи о них. О муже. Почему он не смог тебя удовлетворить?"
Валентина поворачивается, глаза блестят. "Он слабак. Работает в офисе, приходит уставшим. Дети... двое, шумные, требуют внимания. Я медсестра, в клинике – там я фантазирую о таком, как ты. О контроле. О боли." Голос её дрожит, но в нём возбуждение. "А сегодня... в подъезде... он смотрел. Видел, как тени... хватали меня. Но я не сопротивлялась. Потому что хотела тебя."
Улыбаюсь. Тени. Эти проклятые стены дома оживают иногда, шепчут, тянутся. Но сегодня они были на моей стороне. "Ты боишься его? Мужа?" Она качает головой. "Больше нет. Он звонил, пока мы там были. Я не ответила. Пусть ищет."
Встаю, подхожу к окну. Ночь густая, подъезд пуст. Но вдруг – шорох за дверью. Сердце стучит. Валентина прижимается ко мне сзади, руки обнимают. "Не отпускай, " шепчет. Я оборачиваюсь, целую жадно. Её тело снова отвечает, соски твердеют под моими пальцами.
Толкаю на пол, на ковёр. Она на четвереньках, жопа вверх. Вхожу в неё, держу за волосы как уздечку. Толчки дикие, животные. Она орёт, не сдерживаясь. "Ещё! Не останавливайся!" Шлёпаю по ляжкам, оставляю отпечатки. Её тело трясётся, новый оргазм приближается.
Вдруг – стук в дверь. Громкий, настойчивый. "Валя! Открой! Это я!" Голос мужа, искажённый яростью. Она замирает, глаза расширяются. Я не останавливаюсь, вхожу глубже. "Кончай, " рычу я. Она кусает губу, но стон вырывается.
Стук усиливается. "Я знаю, ты там! С этим ублюдком!" Валентина смотрит на меня, в глазах смесь ужаса и похоти. "Что... делать?" шепчет. Я улыбаюсь зло. "Продолжай стонать. Пусть слышит." И ускоряюсь, доводя её до края.
Дверь трясётся от ударов. Она кончает, крича моё имя. Я выхожу, кончаю на спину. Муж орёт снаружи. А мы... мы только начинаем.
Проталина