я, зная, что могу делать практически всё, что захочу, и взгляд Ларисы Ивановны подтвердил это. Я осторожно уложил её на большой диван, она попыталась раздвинуть ноги, забыв, что на ней всё ещё трусики, и я понял, что могу получить её прямо сейчас. Я потёрся своим членом, о её грудь, а она шлёпнула им по своим грудям, затем я попросил её перевернуться, что она в конце концов и сделала, это была очень толстая женщина, и я наконец снял с неё трусики и бросил их за диван. Её задница была белой и сморщенной, очень огромной.
Я вытер свой член, о её задницу и промежность и одновременно потянулся, чтобы схватить её за грудь. Боже, как же мне хотелось трахнуть эту большую старую задницу, но по её нерешительности я понял, что сейчас не время.
К этому моменту, я уже начал возбуждаться.
— Встаньте Лариса Ивановна, — потребовал я, и она встала. Благодаря своему умершему мужу, она привыкла выполнять его приказы. Это, еще одна причина, почему я люблю пожилых женщин.
Я сорвал с неё юбку и трусики, Лариса Ивановна отбросила её ногой и осталась стоять совершенно голой и, что удивительно, ничуть не стесняясь. Я был голым ниже пояса, и Лариса Ивановна не могла оторвать глаз, от моего члена.
У неё были огромные жировые складки на животе, и я подошёл к ней и начал массировать их, словно замешивая тесто. Одной рукой, я сжал её пышные ягодицы, обхватил её живот и, наконец, нашёл её мокрую, от возбуждения вагину. Когда я это сделал, она чуть не упала в обморок. Я подошёл к ней ближе, вонзив свой член ей в живот, обхватил её толстые ягодицы и снова поцеловал её в губы.
Меня охватило неистовство плотских желаний.
— Вам Лариса Ивановна муж это делал? — спросил я, засовывая три пальца ей в мокрое влагалище, а затем поглаживая их тем соблазнительным жестом, который действительно может завести бабушку.
Возможно, разговор о умершем муже прозвучал несколько бестактно, но, учитывая, что Лариса Ивановна была сильно взволнована, и я мог сказать, что у неё большая, обвисшая вагина, у меня появились другие планы.
Она тяжело дышала, пока я одной рукой вводил и выводил пальцы, из ее вагины, другой рукой подкрался сзади и начал поглаживать ее толстый живот и грудь, и одновременно тыкать своим членом в ее толстую, обвисшую задницу.
— О боже, о боже, — говорила Лариса Ивановна с закрытыми глазами. Я повернул её и усадил так, чтобы она оказалась лицом к лицу с моим действительно твердым как камень членом. После того, как она опустилась, она смотрела на мой член полузакрытыми глазами, пьяная, измученная, я не мог понять, что именно.
Наконец, я сбросил рубашку, опустился перед ней и начал грубо массировать одну её старую грудь и сосать другую, одновременно работая, над складками её толстого живота. Затем я начал вылизывать её живот, пупок, до её тёплой и волосатой вагины, и с головой погрузился в неё, вылизывая её широкое, мокрое влагалище, пока она пыталась раздвинуть свои толстые, жилистые ноги ещё шире.
Лариса Ивановна начала всё сильнее и сильнее прижиматься к моему рту, пока я впитывал её женские соки и дико ласкал её языком. Её спутанные лобковые волосы почти душили меня, но я не хотел её останавливать, она продолжала тереться о моё лицо и, наконец, начала издавать всё более быстрые стоны, пока резко не остановилась и не вздрогнула, так что я увидел, как её толстые ноги по обе стороны моих ушей слегка задрожали.
Сидевшая Лариса Ивановна передо мной на диване, совершенно голая,
Юношеская любовь (Часть 1)