огромный, мокрый от неё, с набухшей головкой, с которой капала смесь его смазки и её соков. Он взял член в руку, начал дрочить прямо перед её лицом.
— Смотри, — приказал он. — Смотри, как я кончаю на твои сиськи.
Она смотрела, не отрываясь. Видела, как его рука двигается всё быстрее, как набухает головка, как напрягаются яйца. И когда он застонал, когда первая струя горячей, густой спермы ударила ей в грудь, она сама чуть не кончила от одного этого зрелища.
Вторая струя — на живот. Третья — на вторую грудь, заливая сосок. Он кончал долго, обильно, как будто копил это пятнадцать лет. Сперма стекала по её телу, смешиваясь с водой, и Лера смотрела на это как заворожённая.
— Оближи мой член, — хрипло приказал он, поднося свой ещё пульсирующий член к её губам.
Она послушно открыла рот, взяла головку в губы, облизала, собирая остатки спермы. Солёный, горьковатый вкус показался ей самым сладким в мире.
— Хорошая девочка, — сказал он, гладя её по голове. — Моя хорошая замужняя шлюха.
Она снова кончила, от этих слов. Просто от слов. Сидя на коленях в душе, с его спермой на груди и его членом во рту, она кончила так сильно, что забилась в судорогах, захлёбываясь водой и стонами.
Лера открыла глаза. Вода из душа давно остыла, стала почти холодной. Она стояла, прислонившись к кафелю, тяжело дыша. Рука была между ног — пальцы глубоко внутри, двигающиеся в том же ритме, что и воображаемый член Макса.
Она кончила по-настоящему. Вода смыла всё, но внутри осталась дрожь, пульсация, голод.
— Господи, — прошептала она, выключая воду. — Что со мной?
Она вытерлась, накинула халат, вышла из ванной. Игорь всё так же храпел, даже не пошевелившись. Лера легла рядом, глядя в потолок.
Спать не хотелось. Хотелось только одного — чтоб скорее наступило утро. Чтоб скорее сесть в эту машину. Чтоб скорее снова оказаться рядом с ним.
Она думала о том, как он смотрел на неё сегодня, когда они остались вдвоём. Как его руки сжимали её тело. Как он сказал: «Ты будешь моей?» И она ответила: «Буду».
Она не знала, что будет завтра. Не знала, как посмотрит в глаза Игорю. Не знала, сможет ли остановиться, если захочет. Но одно знала точно: она уже не та Лера, которая вышла замуж в восемнадцать лет. И та Лера больше не вернётся.
За окном начало светать. Первые лучи солнца пробивались сквозь шторы.
Через три часа они уедут. И прежней жизни больше не будет.
Лера знала это точно.
Вернемся в тот день отъезда. Трасса М-10, утро, солнце бьет в лобовое стекло. В салоне «Фольксвагена» пахнет кофе из термоса, бензином и предвкушением.
РАСПРЕДЕЛЕНИЕ МЕСТ
Игорь суетился у машины, перепроверяя, всё ли загрузили. Дима стоял рядом, курил, щурился на солнце. Макс уже сидел на заднем сиденье — откинувшись, вытянув длинные ноги. Ждал.
— Так, давайте рассаживаться, — скомандовал Игорь, открывая водительскую дверь. — Я за рулем первым. Дима, садись рядом, будешь штурманом.
Дима кивнул, затушил сигарету и полез на переднее пассажирское.
— Оля, ты с Егором на второй ряд, — продолжил Игорь. — Там вещи между вами, но поместитесь.
Оля хмыкнула, залезла внутрь. Егор, красный как рак, полез за ней. Он бросил быстрый взгляд на Леру, которая стояла у багажника, поправляя лямку топа. На ней были те самые короткие джинсовые шорты, в которых её задница выглядела как два упругих полушария, обтянутых тканью, и легкая ветровка, накинутая поверх майки без лифчика.
— Лера, ты с Максом на третий ряд, — сказал Игорь, даже не глядя на жену. — Там места много,
Особое занятие