вдруг стали для меня источником тревоги. Я невольно сравнивал её реакцию с тем, как она реагировала на них. Я знал её и понимал, что ей нравится то, что мы делаем, но было ли это так же хорошо? Думала ли она о них? Сравнивала ли? Знала ли об этом Шелли? Понимала ли она, что я не могу довести свою жену до того же уровня экстаза? Скучала ли Даниэль по большому члену, вынужденная довольствоваться моим?
Я опустил взгляд на её лицо и увидел, что она смотрит на меня. В глазах — явное беспокойство.
— Это чудесно, малыш. Я люблю тебя, — тихо сказала она. Рука нежно коснулась моей щеки.
Моя эрекция начала спадать. Член выскользнул из неё.
— Прости, — сказал я, откатываясь в сторону, злой на себя и на свою реакцию. Ещё сильнее — на неё за то, что она сделала.
Даниэль и Шелли нервно переглянулись — и это разозлило меня ещё сильнее. Я вскочил с кровати, схватил полотенце, обмотал им бёдра и быстро вышел из комнаты. Услышал, как жена тревожно зовёт меня, но разговаривать сейчас не хотел.
Я направился к бару и начал наливать себе высокий стакан. Когда он был уже наполовину полон, я осознал, что делаю, и вылил алкоголь в раковину. Руки дрожали — я был слишком взвинчен.
Я напрягся, когда почувствовал прикосновение к плечам. Обернулся, ожидая увидеть Даниэль, но передо мной было лицо Шелли.
— Пришла вытереть мне слезку? — резко бросил я.
Она подошла ближе и медленно обняла меня.
— Это только начало, Рики. Всё требует времени.
Я стоял напряжённо, не отвечая.
Она крепче прижалась ко мне.
— Вернись, милый. Вернись в постель. Нам ничего не нужно делать. Она понимает. Мы все понимаем. То, что ты пошёл к неё вот так... это был большой шаг. Я... я так горжусь тобой. Ты рискнул снова почувствовать боль, но всё равно потянулся к ней.
Я почувствовал, как в уголках глаз выступила влага, готовая пролиться.
— Я хотел этого, Шелли. Правда хотел. Просто не мог выключить голову. Всё время думал о ней с ними. О том, как она реагировала, как отдавалась им. Так, как никогда не отдавалась мне.
Шелли медленно двигалась, её тело мягко терлось о моё. Я сомневался, что это было случайно. Она поцеловала меня в плечо, в шею.
— Я понимаю тебя, Рик. Клянусь, тебе даже не нужно ничего говорить — я всё понимаю. Но я хочу, чтобы ты подумал вот о чём. Я была с ними обоими. Несколько раз. И со многими другими парнями — слишком многими, если честно. Но когда я была с тобой... мне было невероятно хорошо. Ты доставил мне потрясающее удовольствие. Поверь мне: когда я лежала с тобой, я не думала ни о каких других мужчинах. Я просто наслаждалась тем, что мы вместе. А ты думал о других женщинах, когда был со мной?
Я медленно покачал головой.
— Нет. Честно говоря, я даже не мог поверить, что вообще оказался с тобой. Ты чертовски сексуальная, знаешь ли.
Её улыбка получилась слишком грустной и слишком медленной.
— Я рада, что ты так думаешь. Спорила бы на жизнь, что и она в тот момент думала только о тебе. А когда ты остановился и ушёл... кто знает, что творилось у неё в голове. Отвержение — это тяжело. Но в тот момент она реагировала именно на то, что её любят. И только на это. Ты прекрасно это знаешь, Рик.
— Знаю, Шелли. Ты думаешь, я этого не понимаю? Всё это крутилось у меня в голове. Весь этот дерьмовый момент. Я бы отдал
Знойное лето у бабушки: продолжение