он не захочет меня изнасиловать. Может быть, он кончит и оставит меня в покое».
И я продолжила делать то, что начала. Я водила по его члену двумя руками, одной обхватив основание, другой скользя по головке. Особое внимание я уделяла уздечке, тому самому месту, которое, я знала из статей в женских журналах, самое чувствительное у мужчин.
Я слышала, как сверху незнакомец кряхтит и стонет. Тихо, сдержанно, но эти звуки были настоящими, не театральными, не показными. Ему было хорошо. Мне, нет. Но почему-то я продолжала. Предчувствуя, что он скоро кончит, я попыталась отодвинуться. Хотя бы повернуть голову в сторону, чтобы его сперма не попала мне в лицо. Но внезапно осознала, что сдвинуться некуда. Позади был кран от душевого смесителя, я упёрлась в него спиной, и между мной и членом этого человека оставалось всего несколько сантиметров.
В этот момент он замер. Не дышал. Не стонал. Просто замер весь, целиком, как струна, которая вот-вот лопнет. Я чувствовала руками, как его член увеличился до максимальных размеров, стал твёрдым, как камень, и горячим, как печь. Пульсация усилилась, и я поняла, что сейчас.
Я смотрела на его головку. Из большого отверстия на кончике начала выплёскиваться сперма. Её было много, гораздо больше, чем у Виктора, и она летела прямо на меня. На моё лицо. Я поздно осознала, что могла повернуть его в сторону. Но не стала этого делать. Не успела. Или не захотела сейчас я уже не помню. Наверное, просто испугалась пошевелиться. Густые, тёплые сгустки спермы стекали по моему лицу по лбу, по щекам, по подбородку. Одна струя попала на губы, и я, сама не понимая зачем, приоткрыла рот. Небольшая порция попала внутрь.
Я почувствовала вкус. Терпкий, солоноватый, чужой. Сперма растекалась по языку, заполняя рот своим специфическим ароматом, ароматом этого мужчины, которого я не знала, но который теперь навсегда останется частью меня.
Эта милаяЛариса