что в такие небылицы лучше вообще не верить. Кто знает? Быть может, мы вообще последние люди на земле, а всё что говорят - просто злая шутка?
— Не знаю. — Честно ответила я, — я даже не думала об этом. Всё станет по-другому…
— Ага. Оно всегда становится по-другому. Просто ты пока с этим не сталкивалась.
— Что это вообще должно значить?
— Я к тому, что ты маленькая, глупая. Болтаешься тут возле стен, корчишь из себя чёрт знает что… но остального мира ты не видела, понимаешь? Свалить из поселения - много ума не надо. Протянуть… сколько ты тут в этих развалинах сидишь - тоже. А я тебе предлагаю…
— Иди-ка ты нахуй с такими предложениями? — Во мне что-то закипало. В один миг, я почувствовала себя рядом с Даней, который снисходительно похлопав меня по плечу, предложил не расстраиваться, что меня не взяли в патруль, и заняться вышивкой. Я сжала кулаки и отвернулась. — Я давно не ребёнок и понимаю, что тут и как.
— Да ты не кипятись, я не со зла. — Паша поднял руки в примирительном жесте. — Звучит может неприятно и грубо, но я это всё к тому, что нечего тебе тут своё время переводить на дерьмо. Если есть самый ничтожный шанс на то, что где-то там, есть настоящий рай - надо попробовать его найти, поняла?
— Очень надёжно. — Съязвила я. — Ещё раз скажешь мне такое, сделаю с тобой то же, что и с тем, вчера.
— Не скажу. — Пообещал он, и добавил, обратившись куда-то в угол комнаты, — вот же зараза.
Когда заходящее солнце едва коснулось крыш, Паша засуетился. Присев у подоконника, он во что-то целился, но палец на курке не держал.
— Что там? — Громко прошептала я.
— Кажется твой? — Он поманил меня рукой, и я осторожно подошла к окну, посмотрев вниз.
Да, внизу стоял Даня, в компании двух человек - парня и девушки. Они были неплохо вооружены, но похоже, уже готовились возвращаться обратно в город. Вероятно, остальная группа уже ушла, забрав собак с собой. Мой брат оглядывал окна нашей пятиэтажки, и на что-то указал в подъезде.
— Шлёпнуть его отсюда? — Прошептал Паша, а я замотала головой. Если честно, я вообще не хотела никого "шлёпать". Я просто хотела переждать сегодняшнюю ночь и обосноваться где-нибудь в другом месте, подальше от моего скомпрометированного жилища. Хоть и позиция была такая удобная…
— Не надо. — Попросила я, тронув пальцами холодную сталь автомата, опуская ствол вниз. — Видишь, они и так уже уходят.
— Хрена лысого они уходят…
— А что?
— Кажется спалили мою систему безопасности. — Он выдохнул, глядя как троица заходит в наш подъезд. — Вот этого мне хотелось бы избежать. Не люблю, когда жара начинается в таких узких помещениях.
У меня задрожали коленки. Да, я могла месяцами питаться мхом и дождевыми червями, спать под открытым небом, зарываться в землю при необходимости. Но когда дело доходило до открытого боестолкновения… меня учили падать в траву и лежать так тихо, как это возможно. Желательно, уползая подальше от возможной угрозы. Я посмотрела на свои дрожащие руки. Жары сейчас совершенно точно мне не хотелось.
— Я ему нужна, меня не тронут, а тебя… надо валить, на втором этаже есть выход на крышу пристройки, с неё можно спрыгнуть вниз. — Судорожно предложила я.
Где-то вдалеке жалобно звякнула отлетающая предохранительная чека, за которой последовал… нет, даже не гром среди ясного неба.
Единственная