— Рик хочет развода. Он выгоняет меня из нашей спальни, требует, чтобы я переехала в гостевую комнату, и даёт мне всего неделю на подписание бумаг. Он хочет все отобрать у меня — дети, дом, всё.
Шелли поморщилась.
— Ты... дала ему понять про моё... предложение помочь?
Я кивнула, чувствуя, как внутри всё сжимается от стыда и боли.
— Он даже не моргнул, когда я сказала, что он может иметь тебя. Даже не ответил, когда я пообещала устроить так, чтобы вы могли встречаться регулярно.
Шелли на мгновение показалась уязвленной, но я продолжала, голос дрожал.
— Хуже всего, Шелли, что Рик как будто испытал облегчение. Словно он всё это время только и ждал, когда я оступлюсь и теперь рад, что ожидание закончилось и он может двигаться дальше.
— Это жестоко, Даниэль. Я никогда не ожидала такого от Рика. Что ты собираешься делать?
— Скажу тебе, чего я НЕ собираюсь делать. Я не собираюсь разводиться — вот что я в первую очередь не собираюсь делать.
Я сделала глоток вина, чувствуя, как оно обжигает горло, но не приносит облегчения.
— Рику просто нужно немного времени, чтобы остыть и перешагнуть через это, как в прошлый раз. Я перетащу свои вещи в гостевую комнату, но из дома и от детей я не уйду.
— А если он всё равно будет настаивать на разводе?
Я старалась не думать об этом, но глаза снова наполнились слезами.
— Шелли, сейчас Рику больно. Его гордость и самолюбие ранены. Мне нужно просто позволить ему наказать меня. Чёрт, пусть свяжет, отшлёпает, побьёт, заставит выписывать фальшивые чеки — мне плевать. А потом я по кирпичику восстановлю его эго. Сделаю так, чтобы он снова почувствовал себя настоящим мужчиной. Ты ведь поможешь мне, правда?
Шелли подняла свой бокал:
— Я с тобой. До самого конца, что бы ни случилось.
Я запрокинула голову к потолку, чувствуя, как отчаяние внутри меня медленно смешивается с холодным расчётом.
— Надеюсь, тебя будет достаточно, Шелли. В прошлый раз у него были две совсем молоденькие девчонки, с которыми он покувыркался в кровати. Возможно, мне придётся предложить ещё и Дженни. — Я фыркнула. — Не то, чтобы этой худой сучке понадобилось много уговоров, чтобы сбросить свои бриджи перед Риком.
Шелли поморщилась.
— Надеюсь, до этого не дойдёт. Скажи Рику... скажи ему, что мы могли бы проводить целые выходные вместе. Ты могла бы брать меня с собой в отпуска. Чёрт, я бы переехала к вам жить хоть завтра, если он захочет.
Я не знаю, было ли это от вина или от отчаяния, но я вдруг почувствовала уверенность, что смогу всё провернуть.
— Вот увидишь, Шелли, он был бы полным дураком, если бы отказался от такого постоянного, доступного женского тепла. Рик будет жить в собственной эротической фантазии. После нескольких месяцев, когда мы будем трахать его до изнеможения, я уверена — он сам с облегчением отпустит меня на пару часов «для себя».
Шелли поставила бокал так резко, что вино плеснуло на скатерть.
— ДАНИЭЛЬ! Вы даже ещё не помирились, а ты уже планируешь снова изменять Рику!
— Нет-нет-нет. Я просто говорю, что ему, возможно, понадобится небольшая передышка от непрерывного секса. Я больше никогда его не подведу. Рик всегда будет на первом месте.
Шелли посмотрела на меня серьёзно, почти печально.
— А что, если Рик не согласится играть? Что, если он доведёт дело до развода?
Я вздрогнула от одной мысли об этом, и в груди снова сжалось от острой боли.
— Тогда он вынудит меня сделать ему очень больно, — жестко произнесла я. — Я не какая-то пустоголовая кукла на содержании. Даже
Вполне удачный день. Часть третья