в голову, — свет горел. Кто же выключил и оставил свет включенным? Какая пустая трата энергии! Сразу же после этого она попыталась осознать, что в ванной стоит голый мужчина с явно толстым и мужественным пенисом.
Осознание того, что это был Чак, стало неотъемлемой частью улыбки, распустившейся на его лице, когда он предположил, что она передумала и решила намеренно пойти с ним в ванную. Его улыбка не была ухмылкой. На самом деле, это была искренняя радость от того, что эта прекрасная женщина решила почтить его своим обществом.
Подсознание Клэр зафиксировало эту информацию, активизировав какой-то орган. Это вызвало выработку определенного гормона, что повысило его уровень в крови, а затем внесло ряд других... корректировок... в психику и физиологию Клэр.
Сознание Клэр было в ужасе. Она прошла три четверти пути через дверь, когда остановилась.
«О!» — воскликнула она.
Чак выглядел растерянным. Его разум начал осознавать шок на её лице и понимать, что его первоначальное предположение о том, что она решила прийти и присоединиться к нему, могло быть не слишком обоснованным.
«Закрой дверь, ты выпускаешь всю теплоту», — сказал он, за неимением больше ничего сказать.
Клэр, будучи взрослой и матерью, привыкшей думать именно так, закрыла дверь... за собой. Она уставилась на обнаженного мужчину, стоявшего напротив неё.
«Ну», — сказал Чак, расслабившись, когда она не закричала и ничего подобного. «Это немного неловко».
Что-то заставило Чака отнестись к этому как к незначительной социальной оплошности. Он тоже был необъяснимо счастлив, когда проснулся и обнаружил, что Клэр Ричардсон прижалась к нему. То, что её рука легко легла на его член, было лишь вишенкой на торте. Чак действительно был слишком занят учёбой, чтобы вести активную социальную жизнь. Он приглашал на свидания нескольких незамужних учительниц, но большинство из них были организованы другими учителями, которые хотели свести их вместе и отношения не складывались надолго. У него не было особенно сильного сексуального влечения, и фантазии, которые он иногда предавался мастурбации, доставляли ему достаточно удовлетворения, чтобы он не спешил найти себе горячую вагину. По его опыту, горячие вагины часто принадлежали цепким женщинам, которые хотели быть в центре его внимания.
Но Клэр Ричардсон была женщиной, которая его заинтересовала. Было очевидно, что она красива и успешна. Он понял это, когда встретил её. С тех пор, однако, он заметил её жизнерадостную способность оставаться по-девичьи непосредственной, несмотря на её обычное поведение, свойственное зрелым людям. Она явно радовалась своим детям, которые были хорошими детьми, что ценили учителя. Он чувствовал в ней тлеющую страсть, которая, как он подозревал, могла бы выплеснуться наружу. Он видел проблески этой страсти, когда она наслаждалась состязаниями между юными игроками на поле.
Чак не знал, сможет ли что-нибудь развиться с этой очаровательной женщиной, но он не хотел, чтобы отношения стали напряженными или не комфортными. Поэтому он решил отнестись к событиям последних нескольких часов как к чему-то слегка необычному, но забавному — к одной из тех историй, о которых рассказываешь позже и смеешься.
«Удивительно», — сказал он, снова повернувшись к зеркалу и теребя волосы, как будто её внезапное появление было всего лишь незначительным отвлечением, — «насколько раздетый может чувствовать себя в ванной».
«О, черт, извини. Я забыла, что ты здесь», — сказала Клэр, почему-то больше расстроенная тем, что он, по-видимому, игнорирует её, чем тем, что он был совершенно голым, а она стояла с ним в ванной комнате мотеля. «Мне пришлось накричать на детей, а потом я захотела уйти от них и...»
Полный изврат