зовёт, уходит на час-полтора и возвращается довольная, раскрасневшаяся, с плохо скрываемым волнением. Наблюдать и знать всё это было очень больно. Теперь, когда Эмилия уходила, внутри него медленно закипала тяжёлая, чёрная горечь. Он мысленно обзывал её всякими словами и представлял, как она с жаром отдаётся какому-то ухарю с большим твёрдым членом, тот щиплет её за обвислые груди, хватает за дряблый зад и засаживает в красную, блядскую, ненасытную дырку его жены.
Однажды днём, когда она была в ванной, он открыл её телефон. Переписку нашёл сразу — она даже не скрывала. Читал и перечитывал, не веря своим глазам. Столько любви, ласки и нежности сквозило в этих сообщениях! Артём писал ей так, словно это была его собственная жена, по-хозяйски предлагая место и время.
«В четверг, в 19:30, как обычно?»
«Жду тебя, любимая. Уже стоит, когда думаю о тебе!»
«Ты сегодня была невероятной. Я вспоминаю с дрожью во всём теле! Уже хочу снова!»
Савелий сидел на краю кровати и механически листал длиннющую переписку… «Когда же это началось?» Он промотал до начала. Там тоже были переговоры о первой встрече. Всё сходилось. Именно в тот день она впервые вернулась в два ночи.
Эмилия вышла из ванны в халате, с полотенцем на голове. Савелий встретил её в комнате и указал на диван:
— Сядь, — сказал он тихо, но твёрдо.
Эмилия с любопытством взглянула на него и послушно присела, сдвинув бледные коленки.
— Ты что? — напомнила она о себе.
— Я знаю про Артёма.
Она замерла. Пару секунд молчала, потом спокойно кивнула, будто они обсуждали, что купить на ужин.
— Да. Ну и хорошо, — чувствовалось, что тяжёлый груз только что упал с её плеч. — Я встречаюсь с ним уже почти полгода.
— И это я тоже знаю. С того самого дня… когда ты пришла в два ночи.
— Да, — эхом подтвердила Эмилия. Она смотрела довольно уверенно и прямо, что совсем не соответствовало роли уличённой в измене женщины.
Савелий почувствовал, как внутри всё обрывается, и уточнил, заранее боясь ответа:
— И что… это серьёзно? Ты его… любишь?
— Нет, — она покачала головой. Ответила быстро, словно уже готовилась. — У него тоже жена и трое детей. Никто не собирается разводиться. Всех всё устраивает. Его жена прямо сказала: будь с кем хочешь, только домой возвращайся и меня не бросай.
— Всех? Меня это не устраивает! — возмутился Савелий. — Ты меня спросила?!
— А чего тебе не хватает?! — взвилась жена. — Всё есть, я тебе никогда не отказывала! Живу дома, деньги зарабатываю, за детьми слежу! Тебе чего ещё от меня нужно?
— Не хватает? То есть ты считаешь нормальным ходить на сторону и трахаться с кем-то, пока муж сидит дома?! Да когда ты вообще успела с ним познакомиться? У меня проблемы-то всего три месяца были. Совсем невтерпёж стало?
— Ну да, ты вылечился, всё наладилось… Но это уже случилось. Ты немного опоздал… Так вышло.
— Опоздал? С членом своим вернуться? Так просто?! Как электричку пропустил?!
— Савелий, ты мне не хозяин, запомни! Я прожила с тобой двадцать лет без единого упрёка. А когда мне потребовалось что-то другое, я сразу стала плохой? Я люблю тебя, Савелий. Ты отец моих детей, хороший человек. Всё будет по-старому. Мы не молодеем. Но должно же быть что-то ещё — для себя, для души!
Савелий сжал кулаки.
— И что же он тебе даёт?
Эмилия посмотрела ему прямо в глаза — холодно, как охотник на жертву, раздумывая, добивать или пощадить.
— У него большой толстый член. Очень большой. И он может долго. Я с ним кончаю по четыре-пять
До боли незнакомый подвал (часть3)