относительно спокойно, но атмосфера в подъезде изменилась. В коридоре теперь постоянно пахло сигаретным дымом. По вечерам мимо двери супругов стучали каблуки — гости Исламбека и Рашида. Это были не только парни, но и девушки: пьяные, громкие, в откровенной одежде и с ярким макияжем.
Андрей возвращался с работы, уставший, и лицезрел этих девушек у лифта. Смех, звон бутылок, откровенные поцелуи прямо на лестничной клетке. Андрей зашел домой, переоделся, помыл руки и посмотрел в дверной глазок: он увидел, как Рашид прижимал одну из этих девчонок к стене прямо напротив их двери. Его рука была под её юбкой, а она закинула голову назад и тихонько стонала, глядя прямо в глазок двери Андрея. Он знал, что она его не видит, но это было так вызывающе.
Вечером следующего дня музыка из соседней квартиры ударила в стену супругов. Это был тяжелый, ритмичный бас. Громкие голоса, смех, звон бокалов — всё это смешалось в единый гул, пробивавшийся сквозь стены.
Андрей лежал в кровати, обхватив голову подушкой, но это не помогало. Мила ворочалась рядом.
— Андрей, пойди, скажи им! — простонала она, сбрасывая одеяло. — Я не могу спать!
— Подожди, сейчас угомонятся, — пробормотал он.
Через час музыка сменилась другими звуками. Теперь сквозь стену прорывались пьяные женские голоса. Слышался звонкий смех, матерщина и затем — звук, который заставил Андрея замереть. Скрип кожаного дивана. Ритмичный, жесткий, усиливающийся с каждой секундой.
— О господи, — простонала Мила, поворачиваясь на бок к стене, за которой шумели соседи. — Они там что, оргию устраивают?
— Похоже, — прошептал Андрей.
Скрип усиливался, сопровождаемый глухими ударами — кровать за стеной ритмично била в стену между квартирами. Слышались стоны. Не просто стоны, а сладострастные крики. Женщины за стеной орали как похотливые развратницы на пике оргазма, и это было дико возбуждающе.
— Тише вы там! — крикнула Мила в стену, но голос её прозвучал слабо, не как призыв, а как ворчание.
За стеной ответили громким смехом и еще более яростным скрипом. Видимо, прямо сейчас, в двух метрах от голов супругов по другую сторону стены, двое крепких мужчин трахали кого-то. Или нескольких. Андрей представил эти картины: стройный Рашид, вгоняющий свой член в какую-нибудь пьяную блондинку, и накаченный Исламбек, трахающий её же в рот.
Он перевел взгляд на жену. Мила лежала на боку, прижавшись ухом к стене. Её дыхание было частым. В полумраке комнаты Андрей видел, как её рука, лежащая на одеяле, сжалась в кулак, потом разжалась и скользнула вниз, между ножек. Она не спала. Она слушала.
— Слышат, гаденыши, — прошептала она, но в голосе не было злости. Было любопытство и возбуждение.
Андрей почувствовал, как его член начинает твердеть под простыней. Он знал, что Мила не такая уж невинная девушка. Он знал о её прошлых похождениях до свадьбы, о её любви к риску. И сейчас, лежа в темноте, слушая, как два молодых кавказца трахают кого-то из своих девушек, он представлял, что вместо них там находится Мила. Что его жена стонет там за стеной так же, как эти бляди, но еще громче, слаще.
— Они мне мешают, — снова сказала Мила, но её пальцы начали перебирать ткань трусиков. — Такие животные.
— Они молодые кавказцы, Мила. Им нужно много и часто, — проговорил Андрей, и его голос прозвучал странно хрипло.
За стеной раздался громкий мужской оргазменный стон, а затем женский крик восторга. Скрип дивана прекратился, сменившись тяжелым дыханием и звуками поцелуев.
Андрей дотронулся до плеча жены. Она вздрогнула, но не отстранилась.
— Спи, Мила. Они закончили, — сказал он, сам не понимая, уговаривает он её или
Мама друга