Исламбек взял её за волосы, собрав их в жесткий пучок на затылке, и начал двигать бёдрами, насаживая её рот на свой хуй.
Рашид стоял сбоку, и Мила одной рукой дрочила его, делая быстрые, скользящие движения от основания до головки. Его член был огромен, и её пальцы не сходились в замке вокруг его ствола.
— Это всё, чего ты хотела, да? — Исламбек смотрел на неё сверху вниз с презрением и восторгом, свирепым блеском в глазах. — В подъезде, как уличная шлюха. Твой муж сейчас, небось, думает, где ты. Или спит, глупый.
Мила освободила рот от члена Исламбека и повернулась к Рашиду, жадно, как голодный зверь.
— Андрей... он не умеет так, у него слишком маленький — выдохнула она, и наклонилась к Рашиду, обнимая губами его член, пытаясь взять его в рот целиком.
Андрей слышал эти унизительные для себя слова жены через дверь. Они ударили его сильнее, чем кулак в лицо. Он стоял, прижавшись лбом к двери, и смотрел, как его жена, женщина, с которой он жил столько лет, с которой делил постель и кров, сейчас на коленях в грязном коридоре обслуживает двух кавказцев, как дешевая уличная проститутка. И он видел, что она счастлива – её глаза горели темным, безумным огнем похоти и наслаждения.
Братья использовали рот Милы по очереди. Один входил в рот глубоко, до глотки, заставляя её давиться, в это время она ласкала рукой другой. Затем они менялись местами.
— Всё, хватит, — вдруг сказал Исламбек, вынимая свой мощный инструмент из её рта. Мила потянулась за ним, как ребёнок за отнятой соской, скуля и прося глазами, но он отстранился. — Если будем здесь ебаться, соседи вызовут полицию. Не будем портить себе вечер.
— Пошли внутрь, — согласился Рашид. — У нас там всё готово, будет удобнее.
Братья начали медленно отступать в дверной проем спинами вперед. Они держали свои члены в руке, дразняще направляя их головки в лицо Милы. Это было не просто приглашение, это была игра. Мила осталась на четвереньках. Она смотрела на эти два удаляющихся от нее стержня, как ослик на морковку, которую держат перед самым носом, не давая схватить. Её разум, затуманенный алкоголем и похотью, работал только в одном направлении — к ним.
— Ползи, — сказал Исламбек приказным тоном. Он манил её хуем, массируя пальцем блестящую головку. — Ползи ко мне. Если хочешь мой хуй, покажи, как сильно ты его хочешь.
И Мила поползла. На руках и коленях, к таким желанным хуям. Её волосы струились по полу, а голая задница соблазнительно покачивалась из стороны в сторону.
Андрей видел, как она перемещается по коридору к соседской двери. Метр за метром. Братья отступали в свою квартиру, удерживая расстояние, заставляя её тянуться, ползти за своим наслаждением. Это было унизительно и великолепно одновременно. Она была готова пройти этот путь, унизиться, испачкать колени ради возможности снова взять их в рот, почувствовать их вкус.
— Такая послушная девочка, — хвалил её Рашид, уже стоя внутри своей квартиры, в темноте коридора. — Вот так. Сразу видно, как шлюшка любит сосать хуи.
Мила доползла до порога двери соседей, поднялась с пола, её ноги дрожали. Братья взяли её под руки и втянули в квартиру. Мила исчезла внутри их квартиры.
Дверь не захлопнулась сразу. Она оставалась открытой, и оттуда доносились звуки — смех, шлепанье босых ног, возбужденное дыхание.
Андрей не отрывался от глазка. И вот фигура Рашида снова появилась в поле зрения. Он стоял в коридоре, полностью голый, его член все еще стоял колом. Он посмотрел вниз. На полу, прямо у порога
У гинеколога