чужая, но знакомая мысль, ясная и отчётливая: «Надо бы позвонить Светке, насчёт того платья».
Это была мысль Ирины. Его Иры. Он слышал её!
Потом хлынули ощущения. Он чувствовал всё, что чувствовала она. Мягкость халата на коже. Прохладу кафеля под босыми ногами. Лёгкий голод. И… смутное, томительное чувство в низу живота. Тоска. Не по нему, Сергею. А просто… телесная тоска. Желание, чтобы его заполнили, приласкали.
«Серёжа уехал только вчера… а уже скучаю… по его рукам… по его…» — мысль Ирины оборвалась, но за ней последовал яркий, пошлый образ: его собственный член, каким она его видела, входящим в неё.
Сергей внутри неё смутился и обрадовался одновременно. Она скучала по нему! По нему!
Но следующая мысль была как удар обухом.
«…хотя тот мужик в лифте вчера… ух, какой плечистый… и взгляд такой наглый… наверное, хуй у него большой, с большой залупой…»
Сергей внутри ахнул. Ревность, острая и едкая, всколыхнулась в нём. Он сидел в теле своей жены и слушал, как она фантазирует о каком-то незнакомце с большим хуем!
Ирина допила кофе, встала и пошла в ванную. Сергей стал свидетелем интимного ритуала. Он чувствовал, как вода стекает по её коже, как мочалка скользит по её груди, животу, бёдрам. Когда её пальцы, намыленные гелем для душа, скользнули между её ног и коснулись её половых губ, он почувствовал резкую, электрическую волну удовольствия. Её клитор, маленький, но невероятно чувствительный, отозвался на прикосновение. Она провела там пальцами несколько раз, лёгкими, массирующими движениями, и стоны готовы были вырваться из её горла. Сергей внутри замер, потрясённый силой этих ощущений. Он никогда не думал, что она так… интенсивно чувствует.
«…ах, как хорошо… но этого мало…» — пронеслось в её голове, и её рука замедлила движения, а потом убралась совсем.
Он понял: её плоть просила не его, не его ласки, а просто мужского внимания. Грубого, животного.
На работу она шла в приподнятом настроении. В офисе его ждал шок. Он слышал не только её мысли, но и мысли её коллег? Нет, только её. Но он слышал, как она их интерпретировала.
Люда, полная, весёлая блондинка, похлопала Ирину по плечу:
— Ну что, Ир, как провожала мужа? Дала ему на дорогу?
Ирина засмеялась, но Сергей уловил её внутренний комментарий: «Опять эти шуточки… Серёжа вчера так меня выебал, что я до сих пор хожу, как развалюха. Но… приятно».
Потом подошла Светка, худая, с хищным лицом.
— Слушай, я вчера в фитнес-клубе одного типажа видела… Мать честная! Такого хуя, я думаю, в природе не существует! Как оглобля! И залупа… с кулак! Представляешь?
Ирина заинтересованно ахнула, и в её голове тут же возникла яркая, почти порнографическая картина: незнакомый мужик с огромным, как у лошади, членом, входящим в неё. Сергей внутри содрогнулся от отвращения и… странного возбуждения. Он чувствовал, как от этой картины влагалище Ирины слегка намокло.
«Боже, я что, извращенец?» — подумал он в ужасе. Но это было её возбуждение, её физиологическая реакция, которую он теперь ощущал как свою собственную.
День шёл. Он слушал её мысли, наблюдал за её жизнью. Она работала, общалась с подругами, вечером пошла в магазин. Всё было обыденно. Но под этой обыденностью клокотал вулкан нереализованной похоти. Она смотрела на мужчин на улице, в метро, и в её голове проносились короткие, откровенные фантазии. О молодом курьере с упругими ягодицами («наверное, ебёт как стукнутый»), о солидном мужчине в дорогом костюме («у таких всегда члены ухоженные, и сперма вкусная»), о грузчике с могучими руками («он бы меня сломал… но как приятно»).
Сергей был потрясён. Его тихая, скромная Ирина, оказывается, постоянно думала о сексе, причём в самых грубых,
Мой брат Санька ( 5 часть)