собаки, чтобы заманить его в мою теперь полностью обнаженную, слегка использованное молодыми парнями влагалище. «Я оставлю свои на себе, чтобы он сосредоточился на тебе Марина. Я хочу посмотреть, как мой Мухтар будет тебя лизать и трахать, тебе лучше хорошенько его трахнуть», — дразнила она меня.
Соня похлопала меня, по открытой лобковой области, что меня удивило, учитывая интимные прикосновения моего лучшего друга, и приложила пальцы к носу Мухтара.
— Ну же, Мухтар, хорошо пахнет девочка? Ну же, хороший мальчик, вперед, возьми её». Я чувствовала себя такой грязной и использованной, мне это чертовски нравилось. Волнение, от осознания того, что я не должна позволять этому происходить, было невероятным.
Мухтару не потребовалось много побуждений, и он яростно начал облизывать мои голые половые губы и анус, пока я поднимала ноги и раздвигала их, чтобы пёс мог получить полный доступ, ко всему. Этот большой пёс невероятно сильно вылизывал обе мои дырочки, и это было на совершенно другом уровне, по сравнению с тем, что может делать мужчина. Половые губы и анус дергались, от скорости и ярости его лизания и ласки, заставляя меня тихонько вскрикнуть. Мою другую дырочку, никогда раньше не вылизывали, и первый раз это сделал пёс Сони, я была в раю. Я расслабила сфинктер настолько, насколько могла, чтобы позволить языку и носу Мухтара полностью исследовать мою дырочку заднего прохода, какое же это было чувство.
— Вот так, хорошенько вылижи ей задницу, молодец Мухтар, — Соня посмотрела на меня, пока её собака яростно вылизывала мою открытую коричневую дырку. «Ты сегодня покакала, Марина?».
Я защищаясь пробормотала: «Да, но я же потом тщательно вымыла попу в душе, она что грязная?». Мое смущение достигло апогея, но я просто смирилась с этим, Соня уже все видела. Я всегда была очень внимательна к личной гигиене, особенно после того, как сходила в туалет по-большому.
Соня посмотрела на свою собаку, которая громко лизала мой анус. «Нет, должно быть, он просто чувствует запахи, которые мы не можем. Ему очень нравится лизать твою задницу Маринка».
— Это просто восхитительно, — простонал я. «Но моей попке тоже хочется еще этих потрясающих ласк». Я погладила Мухтара по голове. «Ты такой хороший мальчик, правда, Мухтар?».
Я слегка сдвинулась, по пухлому дивану, чтобы прикрыть свою задницу, и раздвинула свои половые губы пальцами, чтобы обнажить свой набухший клитор, для этого слюнявого собачьего языка. Я вскрикнула, когда мясистый бугорок был вылизан жестко и грубо безжалостно. Я посмотрела на зеркало в горке, и увидела отражение своих раздвинутых ног, а Мухтар тяжело дышал и громко чавкал, глядя на мою выбритую лобковую область.
Дыхание и слюнотечение Мухтара, перетекавшие, из моей вагины в анус и обратно, в сочетании с его грубыми, животными попытками взобраться на меня, доводили мое удовольствие, до поразительно интенсивного уровня. Ощущение его теплой шерсти на моих раздвинутых бедрах и интимных частях тела усиливало это извращенное, необузданное возбуждение. Это было невероятно грязно и возбуждающе, и тут я поняла, что Соня внизу целует, лижет и сосет возбужденный, истекающий фиолетово-красный член Мухтара, ее губы двигались от странной головки с маленьким мясистым шипом на кончике вниз по длинному, толстому, красному, жилистому, пульсирующему стволу, до самого этого вагинально-бурлящего выпуклого узла внизу, прямо над его тугими, кожистыми яичками. Я не могла оторвать, от него глаз. Соня позволила этому гротескному, грубому на вид чудовищному члену выпасть из ее милого рта и улыбнулась мне. Пришло время...
— Мухтар, хороший мальчик, хороший мальчик, ты же хочешь трахнуть Мариночку, правда? — сказала она, ее подбородок и щеки блестели, от собачьей пред семенной жидкости,
Тимур и его команда I. Часть 12. Сауна