в них, включая крупные планы твоих... интимных мест.
— Ох, мам, мне так жаль, — сочувственно сказала я.
— Не извиняйся, Аманда, — она снова посмотрела мне в глаза. — Это моя вина, что я впустила этих двоих в нашу жизнь, не твоя. Я вообще веду себя эгоистично: это тебе придётся ходить по магазину голой и заполнять список покупок. Они сказали тебе, что нам нельзя разговаривать друг с другом, кроме как в экстренном случае, и мне нельзя вмешиваться, если кто-то будет к тебе приставать?
— Да, сказали, — ответила я. — Ещё сказали, что у них есть связи в этом магазине, мам, так что, скорее всего, они уже всё устроили, чтобы сотрудники меня не трогали. Просто делай, что должна, мам, и мы пройдём через это вместе. Постарайся не думать о том, что я твоя дочь, пока снимаешь.
— Как будто это возможно.
Как раз тут у мамы в кармане зазвонил мобильник. Она бросила на меня взгляд, полный отвращения, достала его и поднесла к уху.
— Алло, — сказала она. — Да, мы здесь. Мы как раз собирались. Можно нам пару минут, чтобы собраться? У нас есть выбор? Ладно. У меня здесь, я отдам ей, прежде чем выходить. Хорошо. Выходим. — Она сердито отключила телефон и сунула обратно в карман. — Нам пора, Аманда. Кое-кто нетерпелив.
Затем она полезла в карман куртки, достала сложенный листок и протянула мне. Это был список продуктов, которые мне нужно было взять в магазине, — куда длиннее, чем мне хотелось бы, хотя в этом списке вообще не было ничего, что мне хотелось бы. Мама потянулась за сиденье, достала дорогую на вид цифровую видеокамеру и включила её.
— Я не хочу этого делать, Аманда, — сказала она тихим печальным голосом.
— Я тоже не хочу, мам, — ответила я и сжала её руку. — Мне даже нельзя спешить — я должна делать всё медленно.
— Я ненавижу этих двоих.
— Я тоже. Пойдём, мам.
Я выглянула на парковку, положив руку на дверь, и увидела, что мимо в обе стороны идут люди и легко заметят меня, когда я выйду из машины. Я закрыла глаза, тяжело сглотнула и заставила себя открыть дверь и выйти. За спиной раздались вздохи, когда я закрыла дверь, но я решила ни на кого не смотреть — просто опустила голову и пошла к магазину.
— Что за чёрт?! — закричал женский голос рядом. — Что ты делаешь?
Я постаралась не обращать внимания и не отвечать, лишь слегка оглянулась — убедиться, что мама вышла и идёт за мной, так и было. Надеюсь, она всё снимает как надо. Не хочу ждать месяц, чтобы снова её увидеть.
— Мамочка, эта девочка голая, она голая, мамочка! — раздался детский голос впереди. — Смотри, мамочка, я вижу её сиськи!
— Не смотри на неё, Тимми, — закричала женщина, наверное, его мать. — Как тебе не стыдно, девушка!
— Простите, — прошептала я, чувствуя, как заливаюсь краской стыда, несмотря на прохладный ветер.
— Мамочка, у неё там нет волос, — продолжал мальчик. — А почему у тебя есть, а у неё нет, мамочка?
Вокруг раздался хор смеха — люди нашли это забавным. Я старалась сосредоточиться на том, чтобы добраться до входа в магазин, но пришлось остановиться и подождать, пока проедет машина, прежде чем ступить на бордюр. Я заставила себя смотреть в небо, пока она проезжала мимо, — чтобы не видеть лиц внутри, — хотя чувствовала, что долго избегать чужих взглядов не получится.
Поздней весной