самое, — ответила она с лёгкой усмешкой. — Но без разрешения. И чувствовал бы себя чудовищем.
Он тихо рассмеялся.
— Да, наверное. Ты... ты спасаешь меня. От меня самого.
— Я не спасаю, — она поцеловала его в шею. — Я просто люблю тебя. И хочу, чтобы ты был счастлив. Как и я.
Она продолжила ласкать его, пока он не кончил — тихо, сдавленно, в её ладонь. Потом вытерла руку о салфетку, которую нашла в сумке, и легла рядом, положив голову ему на плечо.
— Семья извращенцев— прошептала она.
— Ага. — тихо подтвердил он.
— Мне нравиться, — она поцеловала его плечо. — По крайней мере это лучше, чем бояться своих желаний, подавлять их и страдать.
Он долго молчал. Потом сказал:
— Я немного боюсь.
— Чего?
— Что сделаю ей больно. Что она пожалеет. Что это изменит всё.
— Это уже изменило всё, — сказала Ольга. — Сегодня. Ты уже переступил черту. Осталось только сделать следующий шаг.
Он прижал её к себе — крепко, отчаянно.
— Я люблю тебя, — сказал он.
— Я знаю, — ответила она. — И я тебя. И её. И Диану. И Ингу. Я люблю вас всех. И хочу, чтобы вы были счастливы. Даже если это счастье выглядит странно. Даже если весь мир нас осудит. Мне плевать. Плевать!
Он поцеловал её — в лоб, в губы, в шею. Она закрыла глаза и улыбнулась. Всё изменилось. Началось что-то новое. Что-то, чего они ещё не знали. Но к чему шли всё это время.
Она заснула первой, прижавшись к его боку. А он лежал ещё долго, глядя в темноту, и думал о дочери. О том, как она стояла перед ним на коленях. Как смотрела снизу вверх. С каким удовольствием она сосала его член. И о том, что скоро он станет первым мужчиной в её жизни. И от этой мысли его сердце билось быстрее — от страха, от желания, от предвкушения.
— --
1 августа, суббота. После полуночи. Палатка девочек
В палатке было тепло и тесно — три спальника, сдвинутых вместе, три тела, которые не хотели разлучаться. Диана лежала на спине, Инга — рядом с ней, Алиса — с другой стороны. Они лежали в темноте, и тишина была наполнена дыханием, шорохом ткани, теплом кожи. Никто не спал.
Диана первой потянулась к Инге — легко, как будто спрашивая разрешения. Её пальцы коснулись щеки Инги, скользнули к шее, к ключице. Инга повернулась к ней, и в темноте они нашли друг друга губами. Поцелуй был медленным, глубоким, их языки ласкали друг друга. Диана провела ладонью по её плечу, спустилась к груди, обвела сосок — нежно, дразняще.
Алиса, лежавшая с другой стороны, приподнялась на локте и наблюдала. Она видела, как Диана целует Ингу, как её рука скользит по её телу, как Инга выгибается навстречу. Это возбуждало — и она не хотела оставаться в стороне. Она наклонилась и поцеловала Ингу в плечо — легко, потом чуть настойчивее. Её губы прошлись по шее, задержались на месте, где бился пульс, и Инга тихо застонала.
Теперь её ласкали с двух сторон. Диана — грудь, Алиса — шею и плечи. Руки скользили по коже, губы находили чувствительные места. Инга закрыла глаза и позволила себе раствориться в этом. Её руки тоже двигались — она гладила Диану по спине, запутывалась пальцами в её рыжих волосах.
Алиса сместилась чуть вперед и поцеловала грудь Инги, взяла сосок в рот, обвела языком, чуть прикусила. Инга застонала от удовольствия, и Диана, не желая отставать, сделала то же самое со вторым соском. Они ласкали её одновременно —
Х#й п#зде признался горько...