— Клиент из фарм-сектора просит убрать из ролика слово «боль». Говорит, негативит.
— У них обезболивающее.
— Я в курсе.
— Спроси, как они собираются продавать решение проблемы, которую нельзя называть.
— Они предлагают «дискомфорт».
— Прекрасно. Пусть их таблетки и снимают дискомфорт. А боль пусть снимают конкуренты. Так и передай.
Лида хмыкнула, сняла звонок с удержания и растворилась в опенспейсе.
И тут появился Матвей.
Я увидел его издалека — он двигался наперерез через весь этаж, лавируя между столами с ловкостью человека, который тренировал этот маршрут. В вытянутой руке, как олимпийский факел, плыл стакан американо. На лице сияла улыбка младшего менеджера, прочитавшего в какой-то книге, что карьера строится на личных отношениях, но пропустившего главу о том, что отношения строятся на результатах.
— Кирилл Андреич! Доброе утро! Я тут проходил мимо автомата и подумал — вы же чёрный без сахара пьёте, да? Вот, взял вам.
Я остановился. Посмотрел на стакан. Потом на Матвея.
— Матвей. Отчёт по «Меркурию» где?
Улыбка поникла.
— Он почти готов, я его дошлифовываю...
— Ты его дошлифовываешь третий день. Это уже не отчёт, а «Война и мир». В Толстые заделался?
— Я хотел, чтобы было идеально.
— А я хотел, чтобы было вчера. Чувствуешь разницу в подходах?
Матвей стоял с кофе, как с букетом, который не приняли.
— А кофе?..
— Выпей сам. Тебе сегодня понадобится бодрость. Отчёт — до двенадцати, или дошлифовывать будешь резюме.
У самого кабинета я услышал цокот каблуков в темпе ча-ча-ча.
— Кирилл Андре-е-евич!
Леночка из HR. Розовый костюм, светлые локоны, пастельная папка прижата к груди, улыбка мощностью в киловатт. Леночка была человеком, способным сообщить о сокращении отдела голосом ведущей детского утренника, и в этом было что-то по-настоящему пугающее. Я иногда думал: если «Голодные игры» когда-нибудь случатся, вести их будет Леночка.
— У вас же сегодня собеседования на ассистента! Я подготовила профили кандидаток: вот психотипы, вот цветовая диагностика, вот мои личные пометочки — я по голосу в телефоне уже многое поняла...
— Лен.
— Там одна девочка — просто солнышко, я прямо чувствую мэтч с вашей энергетикой...
— Лен.
— Что?
— С моей энергетикой мэтчится только закрытый контракт на несколько лямов. Папку убери.
— Но я же старалась...
— Верю. Направь это старание на вакансию таргетолога, которая висит два месяца. Кандидаток запускай по одной, с интервалом в пять минут.
Леночка надула губы — безупречно, обида была отрепетирована до уровня корпоративного стандарта, — развернулась на каблуках и зацокала к ожидающим кандидаткам, всем силуэтом транслируя: «Я запомнила, и это попадёт в еженедельный опрос под графу о причине выгорания!».
Я зашёл в кабинет и наконец выдохнул.
Стеклянная стена, стол, ноутбук, вид на город, где в утренней дымке башни Сити стояли, как серверные стойки чего-то большого и равнодушного. Я повесил пиджак, сел, открыл календарь.
В дверь постучали, заглянула Леночкина голова.
— Приглашайте первую, — сказал я, не дав ей открыть рот.
Первой вошла улыбка. Сама девушка появилась в проёме заметно позже. Блондинка, светлый костюм, папочка с розовым уголком. Села, положила ногу на ногу, поправила волосы — полный набор жестов из ролика «Как понравиться на собеседовании за 5 минут».
— Здравствуйте! Я Кристина! Я так рада, у вас такой офис, такая энергетика!
— Энергетика — это к Леночке. Мне нужны навыки. Что умеете?
— Я очень легко нахожу общий язык с людьми!
— Со мной пока не находите. Что ещё?
Кристина моргнула, но улыбку удержала — крепление у неё было хорошее.
— Я быстро учусь! На прошлой работе за месяц освоила все процессы!
Маша в лагере. Часть 2