Но, мы не привыкли отступать! Волна эйфории раскатывалась по телу.
Ха! Да я молодец! Я охуенен! Я пиздец, какой боец! Я вырвал принцессу из лап трёхглавого дракона! Кстати, чем занята наша Светлана Ивановна? Голая девушка продолжала лежать на спине, поджав ноги и руки.
— Вставай, одевайся, - коротко кинул я, прислонившись к верстаку.
А-а-а… вот, в чём дело… Между двух приваренных болтов, стальная полоса… Именно так они и зажимали ей соски… Средневековая инквизиция, какая-то… Что там с самодиагностикой? Суставы – болят, тело – ноет, нога – джинсы порезаны, но кожа едва поцарапана. Дыхание – ровное, пальцы – есть лёгкий тремор, но это позволительно. Рядом вертелись оба амура. Наверное, пока Ляля летала за мной, Лель оставался внутри и вёл трансляцию. Надо будет об этом тоже спросить… Потом… Впереди, самое сложное!
— Дарова, посоны! Базар есть! – весело заорал я, оттаскивая поверженных противников в один угол. Даже избитых, не хочется иметь за спиной. Уж тем более, не хочется получить трубой по затылку, через пару дней. Начинается глубокое нейро-лингвистическое внедрение принципов гуманизма и милосердия.
— Давайте знакомиться! Меня зовут, Костян и эта прекрасная дама, сестра моей жены! – я указал на Светку, которая натянула платье и сейчас жалась к шкафу, испуганно и непонимающе посматривая на меня. – А вас, как зовут? Хотя, мне похуй как зовут ебланов, которые втроём сумели победить одну девчонку! Настоящие, сука, мужики! Бойцы! Воины! Как вы её! Горжусь!
Каждое слово я сопровождал пинком в очередное тело. Деморализованный противник рычал, взвизгивал и пытался прикрыться руками. Так, даже лучше, и я не сдерживал удары… Получив по пальцам, они точно не смогут напасть.
— Давайте со мной! Один на один! По-честному! По-пацански! Может, и мне что в жопу засунете! Ах, блядь! Вы уже попытались? Совсем запамятовал! Может, мне вам что в жопу засунуть? Не, давайте лучше в "тараканчика" поиграем. Правил не знаю, но мне Светлана Ивановна подскажет…
— Мы, чо… Мы, ничё… - наконец начал подавать голос Главарь. – Она сама… не против…
— Да ты что! – изумился я, поворачиваясь к двери. – Ну, тогда… звиняйте, посоны! Непонятка вышла! Пузырь с вас, за побитые кулаки и штаны порезанные. Пошёл я…
— Да! Да!!! Конечно! – наперебой загомонили они. Даже сдержанный Щуплый не смог скрыть радость. – Мы проставимся! Извини, что так вышло…
На испуганном лице Светки появился настоящий ужас. Она решила, что я действительно уйду, оставив её здесь? Хорошо, что с нами нет Станиславского. Он бы, мне не поверил…
— Кстати, насчёт извинений, - я замер, словно только сейчас сообразил. – Надо перед Светланой Ивановной, извиниться. Она теперь, моя родственница… Как-то, неприлично вы с ней…
— Так, она сама хотела… - решил напомнить мне Главарь.
— Нет! Нет!!! – девушка замотала головой. – Я просила… что не надо…
— Это, она сейчас так говорит! – Главарь пытался заглянуть мне в глаза.
— Ай, как не хорошо получается! – я покачал головой. – Такую милую, невинную девушку, пытаетесь представить лгуньей! Придется вам искренне извиняться!
— Искренне? Это как? – Главарь смотрел на меня со злостью, Воин с недоумением, а Щуплый – с презрением. Понятно, противник повержен, но ещё не побеждён. Продолжим воспитательную работу!
— Каждый, персонально, ползёт на четвереньках к этой прекрасной даме. Целует ей ноги и вымаливает прощение… Пока она не скажет, что достаточно. Очень просто!
— Да ты охуел! – вырвалось у Щуплого, и я с наслаждением врезал ему в бедро, спокойно пояснив. – Чтобы ползалось ловчее. С тебя и начнём, уёбок! Пошёл!
Вика. Первый выход. (Апокрифы заведения фрау Дорт)