обращения с девушками, - воспитуемые начали краснеть, но им хватило ума не призывать мужика что-то сделать. Замечательно! Можно считать, я завоевал безоговорочный авторитет в коллективе. – Дело в том, что родители забыли рассказать им о вежливости… Кстати, вы тут работаете? Может, вы в курсе, что они вытворяли с моей родственницей? Я ощущаю себя глубоко обиженным таким поведением!
Я повышал интонацию, постепенно поворачиваясь к мужику, изумление на лице которого сменялось страхом. Вот, это простой деревенский мужик! Совершенно правильная и предсказуемая реакция.
— Может, вы должны встать с ними рядом? И прослушать мой курс лекций? – тот испуганно отодвигался с каждым словом.
— Нет! Нет!! Нет!!! Не подумайте… Я вообще… Они тут… - он лепетал, проглатывая слова и готов был расплакаться. – Я иногда видел… То есть… кое-что слышал… Но, они… Я не мог! Я хотел бы остановить! Они так ужасно делали! У него, брат…
Мужик стрельнул глазами в Главаря. Где вы раньше были? Амуры вылетели из-за моей спины, но я старался не отвлекаться.
— Где у него брат? В ментуре? – грозно спросил я.
— Ну, я точно не знаю… - мужик понял, что сболтнул лишнего.
Прекрасная возможность засветить корочку. Сомневаюсь, что он сможет запомнить фамилию. Отработанным движением я выхватил удостоверение, задержал на секунду позволяя осознать надпись на обложке. Одним пальцем распахнул его… Ещё пара секунд и удостоверение вновь у меня в кармане. Словно я всю жизнь им размахивал.
— Как вы думаете, мне стоит бояться продажных ментов? – задушевно спросил я.
— Нет! Вам, точно не стоит! – он покосился на зажатые члены. – Как же вы…
— Ах, это! – легкомысленный взмах рукой. – Это, личное. Я сейчас не на службе. Могу себе позволить… неформальные методы убеждения. Как вас зовут, кстати?
— Михаил… Си… Сидорчук, - едва выдавил он.
— Ну что же, Михаил Сисидорчук. Если вы действительно не принимали участия… - сука! По глазам вижу, что принимал! Может, и не такое активное… Но, я и так слишком задержался. - Сомневаюсь, что мои подопечные осознали всю глубину своего нравственного падения… Назначаю вас, совестью этого трудового коллектива!
— Со… совестью? Это как? – мужик старой закалки, и служебное удостоверение испугало его больше, чем окажись я таким же бандитом.
— Очень просто. Если вы увидите или узнаете, что мои подопечные ведут себя недостойно и совершают… порицаемые поступки, вы сразу же звоните… Э-э-э… К сожалению, я не могу раздавать свой номер телефона… Вы позвоните Светлане, и я подъеду… прочитать ещё одну лекцию…
— Да! Конечно! Хорошо! Непременно! – мужик начал пятиться к двери.
— Я вас ещё не отпускал! – рыкнул я, и мужик вытянулся в струнку. – Иногда, я буду сюда заглядывать… Инкогнито… Если что-то узнаю сам, до вашего доклада… Встанете, рядом с ними! Всё понятно?
— Так точно! – правая рука мужика дёрнулась.
— Надеюсь, вы ещё помните, что такое офицерская честь! Можете идти!
— Есть! – Сидорчук повернулся через правое плечо, шлёпнув разношенным ботинком, и затрусил к двери.
Остался последний штрих, возможно излишний. Наклонившись к самому уху замершего Щуплого, я зашептал одними губами.
— Сказать корешам, что я уже трахнул тебя в задницу ботинком и теперь ты моя сучка? - мужик дёрнулся, но промолчал. – Ты же успел узнать меня… Твой взгляд… Мой взгляд… Что ты увидел в моих глазах, убийца?
Последнее слово я произнёс без напора и повышения интонаций. Сомневаюсь, что он что-то особенное увидел в моих глазах, но теперь будет уверен, что увидел. Вопрос, остановит ли это его…
Не обращая внимания на остальных, я вышел на улицу. Повторение очередных угроз,
Клуб богатых жён 19