халат тёмно-бордового цвета, который струился при каждом движении. Под халатом, кажется, ничего не было. Её волосы были распущены, на лице — минимум косметики. Она выглядела расслабленной, уверенной. Как хозяйка. Как женщина, которая знает, что эта квартира — её территория, и здесь действуют её правила.
— Оля! — она широко улыбнулась и шагнула навстречу, раскрывая объятия. — Проходи, проходи! Дай я на тебя посмотрю.
Она взяла Олю за плечи и отстранила на расстояние вытянутой руки. Её взгляд медленно прошёлся по фигуре Оли — от лица до ног и обратно. Оценивающе. По-хозяйски.
— Какое платье, — протянула она с одобрением. — Красное. Смело. Тебе очень идёт. Ты в нём выглядишь как конфетка, которую хочется развернуть.
Оля смутилась.
— Спасибо. Я решила... немного обновиться.
— Правильно решила. Я же говорила — тебе нужно просто научиться себя подавать. И вот — пожалуйста. Ты выглядишь на миллион. Проходи, не стесняйся. Я тут приготовила кое-что.
Они прошли в гостиную. На низком столике перед диваном стояла бутылка красного вина — дорогого, французского, — два бокала, тарелка с фруктами, сырная нарезка, виноград, шоколад. Горели свечи — три штуки в стеклянных подсвечниках. Играла та же расслабляющая музыка — что-то джазовое, с саксофоном. Шторы были задёрнуты, свет приглушён.
Оля села на диван. Кира села рядом — не напротив, а именно рядом, так что их бёдра соприкасались. Она разлила вино, протянула бокал Оле.
— За встречу, — сказала она. — За то, что ты здесь.
— За встречу, — Оля чокнулась с ней.
Вино было густым, терпким. Оля сделала глоток и почувствовала, как тепло разливается по телу.
— Ну, рассказывай, — Кира откинулась на спинку дивана, но её рука осталась на колене Оли. — Как прошла неделя? Я так и не получила от тебя внятного ответа. Ты думала о нашей встрече?
Оля опустила глаза в бокал.
— Думала, — призналась она. — Много думала.
— И что надумала?
— Я не знаю. Всё так странно. Я никогда... у меня никогда не было такого. Я замужем. Я люблю Андрея. Но в ту ночь... — она запнулась. — Мне было очень хорошо. Слишком хорошо. И это меня пугает.
— Почему пугает? — Кира чуть сжала её колено. — Разве удовольствие — это что-то плохое?
— Нет. Но я чувствую себя виноватой. Я изменила мужу. С женщиной. Это... непривычно.
— Привыкнешь, — Кира усмехнулась. — Знаешь, Оля, я много таких, как ты, повидала. Замужние, скромные, правильные. Вы все одинаковые. Сначала боитесь, потом привыкаете, а потом уже не можете без этого.
— Ты говоришь так, как будто у тебя их было много, — Оля подняла глаза.
— Было, — Кира не стала отрицать. — Я не скрываю. У меня были женщины до тебя. И мужчины. Мне нравится и то, и другое. Но с женщинами... с женщинами всё по-другому. Они более чувственные. Более нежные. Они понимают, что тебе нужно, без слов.
— Ты поэтому одна живёшь? — спросила Оля. — Без мужа, без детей?
— Я не хочу привязываться, — Кира пожала плечами. — Мне нравится свобода. Я делаю, что хочу, когда хочу и с кем хочу. И ни перед кем не отчитываюсь.
— А дети? Ты не хотела детей?
— Не сложилось, — Кира махнула рукой. — Да и не уверена, что хотела. Я слишком эгоистична для материнства. У меня другие интересы.
— Какие?
— Власть, — Кира посмотрела ей прямо в глаза. — Мне нравится, когда мне подчиняются. Когда я контролирую ситуацию. Когда я могу сделать с человеком всё, что захочу, и он будет благодарен.
Предел мечтаний