тихо начал Андрей, его голос звучал хрипло. — Как ощущения, Катюш?
Катя остановилась в паре шагов от него. Она медленно развязала узел полотенца, и ткань соскользнула с её плеч, обнажая тело. Она стояла перед ним абсолютно голая, и Андрей заметил, что её соски всё еще напряжены, а между ног всё еще медленно стекает одна-единственная капля белого семени.
— Я... я чувствую себя пустой, Андрей, — прошептала она, и в её голосе не было грусти, только бесконечное блаженство. — И в то же время я чувствую себя самой полной женщиной в мире. Ты видел... ты видел, как он вошел? Я думала, что просто лопну.
Андрей подошел к ней вплотную и осторожно коснулся её щеки.
— Я видел всё, — ответил он, и в его глазах вспыхнул огонь. — Я видел, как ты орала, что ты его шлюха. Видел, как ты умоляла его залить тебя спермой. Скажи мне честно... тебе было противно? Хотя бы на секунду?
Катя вдруг всхлипнула и прижалась к нему, обхватив его за талию.
— Противно? Андрей, это было единственное настоящее чувство в моей жизни! Когда Маркус был внутри меня... я забыла, кто я, где я. Я была просто дыркой для него. И это... это было так правильно. Я чувствовала, как он владеет мной каждой клеткой своего тела.
Андрей почувствовал, как в паху снова становится тесно. Мысль о том, что его жена теперь — общая собственность, приносила ему почти физическое наслаждение.
— Значит, так, — прошептал он ей в губы. — Завтра я напишу Маркусу и Коле. Скажу, что ты в полном распоряжении. Но есть одно условие...
Катя замерла, глядя на него с надеждой.
— Каждый раз, когда они будут тебя ебать, ты должна рассказывать мне всё. Каждую деталь.
Катя счастливо зажмурилась и поцеловала его — жадно, глубоко, с привкусом чужого семени на губах.
— Да, Андрей... я буду рассказывать всё. До последнего стона.
Урод бывший...