Со мной такое случалось всего один раз, когда я был женат, но тогда я сильно простудился и принимал много лекарств от простуды, так что это не стало неожиданностью. Тем не менее, Лиза отнеслась к этому не слишком благосклонно.
****
В конце концов я остановил ее.
— Ну-ка, подойди сюда ненадолго и дай мне как следует полюбоваться на это восхитительное маленькое тело. Я хотел сделать это с тех пор, как впервые увидел тебя.
Я опустил её на диван и опустился на колени перед ней, между её широко раздвинутыми ногами. Я провёл пальцами по синему атласу её стрингов, прижимая их к её расщелине и чувствуя сквозь них её влажное тепло. Лишь несколько коротких тёмных волосков выглядывали по краям. Мне хотелось её увидеть.
— Давай сними это с тебя, оно мне мешает.
Я стянул с нее стринги, сплошь из веревочек и мокрого атласа, и потер их между пальцами, прежде чем уронить на пол. Я почувствовал на своих пальцах ее густую влагу. Чулки я оставил на ней. Я снова раздвинул ее ноги и посмотрел на ее вагину. Она была прекрасна, её тёмные волосы были густыми, но коротко подстрижены, аккуратный маленький треугольник обрамлял ее розовую киску, гладкую и блестящую от возбуждения. Ее внутренние губы были сильно покрасневшими и набухшими от притока крови, а клитор между ними напоминал блестящий крошечный камешек.
Я слегка коснулся ее одним пальцем, и она застонала, когда я увидел, как тонкая струйка ее соков медленно выделяется из нее и стекает к ягодицам. Я наклонился, по очереди поцеловал её груди, сильно пососал соски, а затем медленно поцеловал её живот и легкими касаниями губ стал ласкать и лизать его, возбуждая ее.
Продвигаясь ниже я постепенно покрывал поцелуями ее холмик и, наконец, зарылся носом в мягкие завитки. Ее тело задрожало, а бедра начали подскакивать, пытаясь прижаться к моим губам своими самыми нежными местечками. Уклонившись от этого я направился к ее ногам и, схватив ее за лодыжки и широко разведя ноги в стороны, наклонился и покрыл поцелуями ее чувствительную внутреннюю поверхность бедер, намеренно царапая ее нежную кожу своей жесткой щетиной.
Переходя от одной ноги к другой я языком нащупал её влажную расщелину и всего один раз провел по ее маленькому твердому клитору. Она вскрикнула и дернулась, словно её ударило током:
— О, боже! О, черт, сволочь, перестань дразнить меня! Ты сводишь меня с ума, боже, просто сделай это!
Так я и сделал. Я зарылся лицом в ее влажную восхитительную вагину и принялся терзать ее. Я лизнул, сначала сильно, потом нежно, ее клитор и проник в нее языком так глубоко, как только мог. Я ласкал ее и почувствовал, как ее захлестывает оргазм, и когда извиваясь и умоляя она кончила, ее сладкие соки хлынули на мой язык.
Я просунул руки под ее маленькую попку и, выпрямившись, приподнял ее, прижимая к своему лицу так, что она уперлась в диван только головой и плечами, а ноги оказались у меня на плечах. Удерживая таким образом я губами и языком ласкал ее, ощущая ее наслаждение и восторг, когда она брыкалась, толкалась навстречу мне и умоляя съесть ее, пока один за другим оргазмы захлестывали ее, а ее вагина, казалось, засасывала мой язык.
То, чего ранее не смогли достичь ни мой разум, ни ее губы и руки, добилось ее возбуждение – я был на пике! Слушая ее звуки наслаждения от оргазмов, ощущая и пробуя на вкус выделения ее тела, вдыхая запах ее крайнего возбуждения мой член снова стал твердым как камень и требовал удовлетворения.
Пати)