— Давай, мразь! — кричал Павел, ссая мне на голову. — Ты заслужила! Ты тварь! Ты хуесоска! Ты давалка! Ты шмара!
— Твой муж — олень! — кричал Сергей, ссая мне на спину. — Он целует тебя после нас! Ты вафлерша! Ты глотаешь сперму, а потом целуешь его!
— Да! — кричала я в ответ, захлёбываясь мочой. — Я такая! Я вафлерша! Мой муж — олень! Он целует меня после вас! Да! Да! Да!
Они ссали на меня несколько минут. Все шестнадцать человек. Когда последний закончил, я стояла на коленях в луже мочи, вся мокрая, вонючая, дрожащая. Кира всё снимала.
— Пиздуй, мразь, отмывайся, — сказала она. — Ты воняешь.
Я встала и, шатаясь, пошла в дом. В ванной я долго стояла под душем, смывая с себя всё — сперму, мочу, пот, слёзы. Вода была горячей. Я тёрла кожу мочалкой до красноты. Но внутри меня было спокойно так как наконец то все это закончилось.
Когда я вышла из душа, чистая, в халате, Кира ждала меня в гостиной. Мужчины уже разошлись — кто спать, кто ещё выпивать. Кира сидела на диване с бокалом шампанского.
— Подойди, — сказала она.
Я подошла. Она встала, поцеловала меня в лоб.
— Ты молодец справилась, — сказала она. — Я горжусь тобой. У меня для тебя подарок.
Она протянула мне бутылку — из-под питьевого йогурта. Внутри была густая белая жидкость. Я сразу поняла, что это.
— Что это, Госпожа?
— Сперма. Всех шестнадцати мужчин. Они сливали её для тебя когда тебя пускали по кругу. Дома откроешь. При муже. Будешь пить поняла. И пришлёшь фото в чат. Поняла?
— Да, Госпожа, — прошептала я.
На третий день мы уехали. Я сидела в машине Киры, прижавшись лбом к холодному стеклу, и смотрела, как сосны за окном сменяются сначала редкими домиками, потом промзонами, потом многоэтажками спальных районов. Тело болело. Каждая мышца ныла. Между ног всё горело — дырочки были растянуты и опухшие, и я чувствовала каждое движение, каждую неровность дороги. Во рту всё ещё стоял вкус спермы — двух десятков мужчин, которые трахали меня эти три дня. Я была использованной. Грязной. И странно счастливой.
Кира молчала всю дорогу, только иногда поглядывала на меня с улыбкой.
— Ты отлично справилась, — сказала она, когда мы остановились у моего подъезда. — Я горжусь тобой. Ты стала настоящей шлюхой.
— Спасибо, Госпожа, — прохрипела я.
— Не забудь про бутылку. Пей при муже. И фото в чат. Я буду ждать.
— Да, Госпожа.
Я вышла из машины, поднялась в квартиру. Андрея не было — он был на работе, и я была рада этому. Мне нужно было время, чтобы прийти в себя. Я приняла душ — долго стояла под горячей водой, смывая с себя остатки этих трёх дней. Потом надела свой любимый кремовый пеньюар, расчесала волосы. Надписи на теле исчезли. Я потёрла их мочалкой ещё раз, пока кожа не покраснела.
Бутылку, которую дала Кира, я поставила в холодильник, из-под питьевого йогурта. Внутри была густая белая жидкость — сперма всех шестнадцати мужчин. Они собирали её специально для меня. Я смотрела на бутылку и чувствовала, как внутри всё сжимается — не от отвращения, а от предвкушения.
Когда Андрей вернулся, я сидела на диване, смотрела телевизор. Он вошёл, усталый после работы. Его волосы были слегка растрёпаны, на лице — лёгкая щетина. Он был таким родным. Таким домашним. Таким... ничего не подозревающим.
— Привет, — сказал он, наклоняясь, чтобы поцеловать меня в щёку.
Моя работа (продолжение)