меня, проскользнув между моих ног. Он вошёл в мою киску снизу. Теперь два члена были внутри меня одновременно — Артур в попе, Павел в киске. Они двигались в разном ритме — один входил, когда другой выходил, и наоборот. Это сводило меня с ума. Я чувствовала, как их члены трутся друг о друга через тонкую перегородку. Моё тело раскачивалось между ними. Грудь свисала вниз, соски тёрлись о простыни. Пот тёк по спине, по бёдрам, капая на матрас. Я стонала, кричала, извивалась.
Сергей подошёл спереди и снова сунул член в мой рот. Теперь меня трахали в три дырки одновременно. Три члена. Три мужчины. Я была полностью заполнена. Каждое движение отдавалось во всём теле. Я кончила — громко, с визгом. Мои стенки сжались вокруг членов. Ноги задрожали. Судороги пробежали по телу. Я кончала и кончала, не в силах остановиться.
— Она кончает! — крикнул кто-то. — Смотрите, как её трясёт!
— Ещё! — кричала Кира, снимая на телефон. — Ещё! Долбите её! Разъебите все дырки!
Мужчины менялись. Артур кончил в попу, вышел, и его место занял Михаил. Его толстый член с вздутыми венами вошёл в мой уже растянутый анус. Павел кончил в киску, и его место занял Максим — его длинный тонкий член проник глубоко. Сергей кончил в рот, я глотнула, и его место занял Роман, с сединой на висках, который вошёл в мой рот со спокойной уверенностью.
Члены сменялись. Очередь не заканчивалась. Меня трахали во все три дырки без перерыва. Моё тело работало на автомате — я подмахивала попой, насаживаясь на члены, сосала, заглатывала. Сперма текла из меня ручьями — из киски, из попы, изо рта. Она была на моём лице, в волосах, на груди, на животе, на спине. Я была залита ею с головы до ног.
Мои ресницы слиплись — я почти ничего не видела, только силуэты мужчин вокруг. Волосы стояли колом, пропитанные спермой. Пот смешивался с ней, стекая по телу горячими ручьями. Я чувствовала, как мои дырки растягиваются всё больше и больше, становясь податливыми, послушными.
Один из мужчин — тот самый молодой, с длинными волосами, — поставил ногу мне на лицо. Прямо на щёку. Его пятка вдавилась в мою кожу. Я чувствовала запах его ног — резкий, кисловатый. Он давил, пока другой трахал меня в киску. Я не могла дышать. Слёзы текли по щекам, смешиваясь со спермой.
— Нравится, сука? — кричал он. — Нравится?
— Да! — хрипела я. — Да! Нравится!
Другой мужчина схватил меня за волосы и заставил смотреть в камеру, которую держала Кира. Она подошла близко — я видела объектив прямо перед своим лицом.
— Скажи, кто ты! — приказала она.
— Я шлюха! — прохрипела я. — Я мразь! Я хуесоска! Я давалка! Я шмара! Я тварь!
— А муж твой кто?
— Муж — черт! Олень! Рогатый олень! Он целует меня после толпы хуёв! Я вафлерша, а он целует меня после всех вас! Да! Я такая! И он такой!
— Слышите? — Кира засмеялась. — Она сама это говорит! Снимайте!
Мужчины ржали. Они кончали мне на лицо — сперма текла по щекам, по лбу, заливала глаза. Я не могла открыть глаза — ресницы слиплись намертво. Сперма была везде — в носу, во рту, в ушах.
Потом меня снова перевернули на спину. Снова раздвинули ноги. Снова вошли — в киску, в попу, в рот. Я уже не сопротивлялась. Моё тело было полностью в их власти. Я кончала снова и снова — короткие, судорожные оргазмы, которые накатывали один за другим. Мои ноги тряслись.
Жизнь секретутки (продолжение)