Категории: Наблюдатели
Добавлен: 28.10.2026 в 15:21
Жара в Шарм-эль-Шейхе была плотной, сиропной, обволакивающей каждую клеточку тела. Кондиционер в номере гудел, выдувая струи прохладного воздуха, но к двум часам дня, после сытного обеда у бассейна, Лине захотелось только одного — растянуться на прохладных простынях и отдаться дремоте. Она скинула с себя весь мокрый от пота и соленой воды купальник — крошечные бикини, больше похожие на две узкие ленточки, — и, не утруждая себя даже трусиками, плюхнулась на широкую кровать лицом вниз. Прохлада шелка мгновенно обняла ее горячую кожу. Она вздохнула и провалилась в сон.
Ее разбудил скрип двери. Лина в полудреме приоткрыла глаза и несколько секунд не могла понять, что происходит. В проеме стоял мужчина в синей униформе сотрудника отеля, с тележкой для уборки. Его смуглое лицо, обрамленное черной щетиной, застыло в немой панике. Взгляд его темных, как маслины, глаз скользнул по ее обнаженной спине, тонкой, как у подростка, с выступающими лопатками, задержался на круглых, почти детских ягодицах, белых, как сливки, на фоне легкого загара, и рванул в сторону.
— Извините! — выдохнул он по-английски с сильным акцентом, и голос его сорвался. — Я думал, номер пустой... Мадам...
Он резко отвернулся и так же быстро вышел, притворив за собой дверь. Тишина вернулась в номер, но теперь она была иной. Лина перевернулась на спину, чувствуя, как под тонкой кожей груди, совсем маленькой, с бледно-розовыми, едва наметившимися сосками, бешено застучало сердце. Не страх. Совсем не страх. Что-то другое. Жар, который начал растекаться из самой глубины живота. Она провела ладонью по плоскому животу, чуть ниже пупка, где тонкая, аккуратная полоска рыжих волос казалось ярким огоньком на фоне белизны кожи. Ее пальцы дрогнули. Она представила его взгляд — жадный, шокированный, мужской. И почувствовала, как между ног стало влажно и горячо.
Весь вечер она ловила себя на мысли о нем. За ужином, глядя на снующих официантов, она искала его лицо в толпе. Не нашла. Но образ отпечатался: черные волосы, густые брови, сильные руки, которые так резко развернули тележку. «Ахмед», — прочитала она потом на бейджике у другого уборщика в коридоре. У того, ее, имени не было. Только должность: «Housekeeping».
На следующий день после завтрака Лина специально вернулась в номер рано. Она приняла душ, долгий, тщательный, нанеся на кожу ароматное молочко с запахом кокоса. Волосы, короткие, почти мальчишеские пряди цвета спелой пшеницы, она оставила влажными. Затем взяла из ванной большое, пушистое белое банное полотенце и обернула его вокруг себя. Концы она не стала заправлять, просто прижала их одной рукой к груди.
Она ждала, стоя у мини-бара и притворяясь, что выбирает воду. И вот — стук в дверь. Негромкий, почтительный.
— Housekeeping!Лина глубоко вдохнула и открыла.
Он стоял там, тот самый мужчина. Вчерашний испуг сменился вежливой, профессиональной сдержанностью. Его глаза мельком встретились с ее, и тут же опустились.
— Добрый день, мадам. Можно прибраться?— Да, конечно, — сказала Лина, и ее голос прозвучал хрипловато. Она отступила, пропуская его.
Он вошел, сосредоточенно глядя перед собой на ковер. Лина отошла к окну, к столику, якобы разглядывая панораму моря. Она чувствовала его присутствие каждой клеточкой кожи. Полотенце было большим, но оно сидело на ней ненадежно. Когда она наклонилась, чтобы поднять якобы упавшую салфетку, верхний край ослаб, и прохладный воздух кондиционера ласково обнял верхнюю часть ее груди. Она не стала сразу поправлять ткань. Из угла глаза она видела, как он, протирая пыль с телевизора, замер на секунду. Его спина напряглась.
— Вам... удобно, мадам? — спросил он, не оборачиваясь.— Абсолютно, — ответила Лина, и в голосе ее прозвучала легкая,
Девичник. Любовь