квартире, а не то как ты рассказывала в коморку на 15 человек.
Она хотела возразить, но промолчала. В груди было тесно. Сергей встал, подошёл, положил руку ей на плечо. Ладонь тёплая, неуверенная.
— Я хочу тебя поддержать, — сказал он. — Первый раз по-настоящему, как твой мужчина. Позволь мне.
— Хорошо, — сказала Равшана и улыбнулась. Она не знала получится ли у него, но ей было приятно, что он хотя бы хочет попробовать.
Вечером Сергей постучал к отцу. Николай сидел в кресле у окна, смотрел телевизор без звука, в руке — стакан с чаем. Крепкий мужик, широкий, с тяжёлой челюстью и коротким ёжиком седых уже волос. Лет пятьдесят, но выглядел моложе. От него пахло табаком и чем-то терпким.
— Чего тебе? — спросил он, не оборачиваясь.
— Бать, поговорить надо.
Сергей прикрыл дверь, встал у стены.
— К Равшане младшая сестра приехать должна. София. На неделю-две. По поступлению дела. Я хочу, чтобы она у нас остановилась.
Николай медленно повернул голову.
— У нас?
— Ну да. А что?
— А то, что у нас не гостиница.
— Бать, это же сестра её. Родная. Куда ей — в коморку к тётке какой-то?
— А что, у тётки плохо? Она там жила, ничего, живая осталась.
— Ну так пусть у нас поживёт. Я на пол лягу, они с Равшаной на кровати. Всё нормально будет.
Николай отпил чаю, поставил стакан на подоконник.
— Нет, — сказал он.
— Почему? Это же родная сестра Равшаны.
— Вот именно. Равшаны. А Равшана у нас кто? Живёт тут, и ладно. А теперь ещё сестру привезёт. Потом мать привезёт, потом дядю. Нет.
Сергей постоял ещё секунду, потом вышел, хлопнув дверью. Равшана ждала в их комнате, сидела на краю кровати. По его лицу всё поняла.
— Не разрешил? — спросила она, но этот вопрос звучал скорее как приговор. Окончательный и бесповоротный.
— Прости, пока не вышло. Но я еще завтра поговорю... и послезавтра.
— Не надо, Серёж. Всё нормально. Может быть он еще сам передумает? — хотя девушка знала, что сам он точно не передумает и нужно было что-то делать.
Ночью дом затих. Сергей уснул быстро — отвернулся к стене, дышал ровно. Равшана лежала с открытыми глазами, смотрела в потолок. Потом встала. Накинула халат на голое тело и вышла в коридор. Соски торчали от легкого прикосновения халата и от прохлады, которая обдувала девушку. Босые ступни касались холодной половицы, которая обжигала кожу. У двери Николая остановилась. Постояла. А потом тихонько вошла.
Он не спал. Николай лежал на кровати, руки за головой. В темноте блестели глаза.
— Чего хотела? — сказал он, не зло, а больше с интересом.
— Николай, я прошу тебя. Пусть София приедет. Всего на неделю-две.
— Я уже сказал Серёге. Нет.
— Я знаю. Поэтому пришла сама.
Она сделала шаг к кровати. Халат распахнулся на груди.
— Ты же и так берешь меня, когда захочешь. Я не могу дать тебе больше, но могу сохранить все как есть. Если ты боишься, что с её приездом у нас что-то поменяется, то можешь не переживать.
— Я и не переживаю, — сказал он, хотя понимал что Равшана попала в самую точку.
— Всё останется как сейчас. Просто чтобы никто не знал. Всё останется, как было. Только пусть она приедет.
Николай смотрел на неё долго. Потом усмехнулся.
— Ладно, ложись уже, раз сама пришла.
Она легла на кровать. Он взял её за плечи, перевернул на живот. Подсунул под неё подушку — под бёдра, чтобы зад поднялся выше. Задрал халат. Трусов на ней не было.
— Соскучилась по мужику? — спросил он. — Надоел уже твой сопляк?
Секрет 3