– Позволь представить моего племянника, Илью. Он... гостит у меня, осваивается в городе.
Виктор Сергеевич оценивающе оглядел Илью с головы до ног. Его взгляд задержался на открытом вороте рубашки, на обтягивающих брюках. – Очаровательный юноша. Очень... перспективный. Присаживайтесь, пожалуйста.
Они сели. Лика — рядом с Виктором, Илья — напротив, рядом с молчаливой девушкой. Официант принял заказ на напитки и удалился.
– Ну, как дела на проекте? – начал Виктор, но его глаза постоянно скользили к Илье. – Ваша семья всегда отличалась... дальновидностью.
– Всё идёт по плану, – легко ответила Лика, поправляя прядь волос. – Хотя, конечно, есть нюансы. Особенно с человеческим фактором. Трудно найти по-настоящему преданных людей, готовых следовать указаниям без вопросов.
– О, я понимаю, – кивнул Виктор, его взгляд снова упал на Илью. – Дисциплина — основа всего. А молодёжь сегодня... избалованная. Им не хватает старого доброго воспитания.
– Согласна полностью, – сказала Лика, и её нога под столом нащупала ногу Ильи. Она надавила своим острым каблуком на его голень, заставляя его вздрогнуть. – Но есть и приятные исключения. Илья, например, оказался очень... восприимчивым учеником.
– В самом деле? – Виктор отпил вина, не сводя глаз с Ильи. – И чему же вы его учите, если не секрет?
Лика улыбнулась загадочно. – Всему, что может пригодиться молодому человеку в современном мире. Умению слушать. Умению быть полезным. Умению... доставлять удовольствие.
Последняя фраза повисла в воздухе тяжёлой, многозначительной паузой. Виктор Сергеевич медленно поставил бокал. Его лицо оставалось невозмутимым, но в глазах вспыхнул неподдельный интерес.
– Интригующе, – произнёс он наконец. – А на практике... как проявляются эти умения?
В этот момент Лика сделала едва заметный жест рукой под столом. Илья, помня её инструкции («Делай то, что я скажу»), почувствовал, как всё его тело напряглось. Он не знал, чего от него ждут.
– Илья, – мягко, но властно произнесла Лика, не глядя на него. – Виктор Сергеевич интересуется твоими успехами. Почему бы тебе не продемонстрировать... свою готовность служить? Подойди к нему. Стань на колени.
В ушах у Ильи зазвенело. Он видел, как девушка рядом с Виктором покраснела и опустила глаза ещё ниже. Он видел, как сам Виктор замер, не двигаясь, но его пальцы слегка постукивали по столу. Всё это казалось сном, кошмарным и возбуждающим одновременно.
– Илья, – повторила Лика, и в её голосе прозвучала сталь. – Я сказала.
Он встал. Ноги его не слушались, но он заставил их двигаться. Он обошел стол и остановился рядом с креслом Виктора Сергеевича. Мужчина смотрел на него сверху вниз, его лицо было маской, но дыхание стало чуть более частым.
– На колени, – прошептала Лика.
Илья опустился. Ковёр был мягким под коленями. Он оказался на уровне бёдер Виктора. Он не знал, куда смотреть, что делать дальше.
– Видишь, Виктор? – голос Лики был сладким, как мёд. – Абсолютная покорность. Без малейшего сопротивления. Наш семейный метод даёт поразительные результаты.
– Впечатляет, – выдавил Виктор, его рука опустилась и легла на голову Ильи, погладила волосы. Прикосновение было властным, собственническим. – А что он умеет... конкретно?
– Всё, что потребуется, – ответила Лика. – Его рот, его руки, его тело... всё обучено служить. Хочешь проверить?
Наступила тишина, в которой было слышно только тяжёлое дыхание Ильи. Виктор Сергеевич молчал несколько секунд, которые показались вечностью. Наконец он сказал:
– Пусть... пусть продемонстрирует свою преданность. У меня немного болит спина после тренировки. Пусть разомнёт плечи.
Лика кивнула Илье. – Ты слышал. Встань и разомни плечи Виктору Сергеевичу.
Илья поднялся с колен и встал за креслом. Его руки, дрожащие, легли на широкие плечи мужчины.
Американская мечта. Части 7