Ева открыла дверь, её лицо было серым от бессонницы и ожидания. Она увидела их – Александра, бредущего, чуть скособочившись, с пустым взглядом, и Аню, чьё лицо светилось странным, лихорадочным румянцем, а глаза блестели неестественным блеском. Ева ахнула, бросилась к ним, но Аня резко отстранилась от материнского объятия.
– Всё хорошо, мам, – сказала она хрипло, но твёрдо. – Деньги получили. Я всё уладила.
И она прошла в ванную, громко щёлкнув замком.
Ева растерянно посмотрела на сына. Он стоял, уставившись в пол, его руки дрожали.
– Сашенька…
– Не трогай меня, – выдавил он, и его голос был полон такой сдавленной ненависти, что Ева отшатнулась. Он пошёл к себе, но походка была странной, скованной.
Ночь прошла в гробовой тишине. Ева слышала, как в ванной плещется вода – девочка мылась больше часа. Слышала подавленные, похожие на стон звуки из комнаты Александра. Она сидела на кухне, сжимая в руках пачку новых, хрустящих купюр. Деньги пахли чужими духами, чем-то химическим и сладким. Её тошнило.
Утром Аня вышла к завтраку первой. Она была одета в своё старое, скромное платье, но движения её стали другими – плавными, чуть манерными. Она села, отломила кусок хлеба, посмотрела на брата, который вошёл, бледный, с синяками под глазами.
– Надо будет ехать в банк, – сказала она деловито. – Оформить вклад. Часть – на репетиторов, часть – на крышу.
Ева кивала, не в силах вымолвить слово. Александр молчал.
– А ещё… – Аня отпила чаю, поставила чашку с лёгким звоном. – Наталья звонила. Говорит, всем очень понравилось. И что… продюсер хочет продолжения.
Чайник выпал из рук Евы, разбился о раковину с оглушительным треском.
– Какого продолжения? – прошептала она.– Очередной съёмки. Через неделю. Но уже в другом формате. Не для публики. Более… камерно. – Аня говорила ровно, как будто обсуждала аренду дачи. – Они хотят снять нас с Сашей. Только нас двоих. Но… в присутствии Кармен. Она будет режиссировать, так сказать.
Александр поднял на сестру глаза. В них была не просто ненависть – отвращение и ужас.
– Ты сошла с ума. После всего, что они с нами сделали…– Они заплатят в полтора раза больше, – холодно оборвала его Аня. – И плюс бонус от Кармен лично. Она… заинтересовалась тобой. Говорит, у тебя потенциал. Хочет поработать с тобой индивидуально. До съёмки. Подготовить.
В комнате повисла тяжёлая, невыносимая тишина. Ева поняла, что уже ничего не может изменить. Деньги лежали на столе. Крыша текла. Сыну надо было поступать. А в глазах дочери горел тот самый нездоровый огонь, который она увидела на поляне.
– Я согласна, – тихо сказала Ева, предавая сына во второй раз.
***
До съёмки оставалось три дня. Александр пытался запираться в комнате, уйти в книги, вычеркнуть из памяти тот кошмар. Но вечером второго дня к нему в комнату без стука вошла Аня. Она была в тонком шелковом халате, под которым не было ничего.
– Кармен приедет за тобой завтра в семь вечера, – сказала она. – Ты должен быть готов.
– Я никуда не поеду.
– Поедешь. – Аня подошла к кровати, села на край. Её запах – её собственный, смешанный теперь с дорогим парфюмом, который она купила на те деньги, – ударил ему в ноздри. – Ты думаешь, мне не было страшно? Больно? Мне было. Но теперь я понимаю… там есть кайф. Настоящий. Глубокий. И деньги – это только часть. Они открыли во мне… другую меня.
Она положила руку на его одеяло, над его ногой. Александр дёрнулся.
– Она научит тебя получать от этого удовольствие. Не сопротивляйся, Саша. Это будет проще
Летний лагерь. День первый