Саша висел на этих трёх точках опоры, его тело бросало вперед и назад, как тряпичную куклу. Его сознание отключилось, остались только ощущения. Невыносимая, разрывающая боль постепенно трансформировалась. Сквозь огонь растяжения пробивалось другое чувство – невероятно глубокое, всепоглощающее давление на простату. Каждое движение, каждый толчок трёх членов посылал в его ядро волны такого интенсивного, извращённого удовольствия, что его собственный член начал судорожно подрагивать, выбрасывая струйки прозрачной жидкости без всякого прикосновения.
– Смотрите! Он кончает! – закричала кто-то из толпы. – Сам! Без рук!
Это была правда. От одной только стимуляции простаты, от невыносимого распирания и унижения, его тело начало извергаться. Первый оргазм накатил волной, заставив его всё тело затрястись в судорогах. Белые, густые струи спермы вырвались из его члена, брызнули на клеёнку, на его же живот и грудь. Он застонал, и на этот раз шарики во рту не смогли заглушить этот низкий, хриплый звук отчаяния и немыслимого наслаждения.
Но девушки не останавливались. Их движения стали только яростнее, почувствовав его отклик.
– Да! Выжимай из него всё! – кричала Аня, её лицо было искажено садистским восторгом. – Он здесь для этого! Сосуд для нашего удовольствия!
Второй оргазм настиг его почти сразу после первого, пока спазмы ещё не успели стихнуть. Это было не плавное нарастание, а резкий, болезненный выхлоп, словно из него выжимали последнее. Спермы было меньше, она вышла слабыми толчками, но ощущение было даже более острым, почти мучительным.
Марго, трахавшая его глубже всех, закричала первой.– Я сейчас! Держи его!
Она вогнала свой член по самое основание, её бёдра прижались к его ягодицам, и её тело затряслось в конвульсиях. Саша почувствовал, как глубже внутри него разливается горячая, жидкая волна. Её сперма заполнила его прямую кишку, смешиваясь с лубрикантом.
– Моя очередь! – прохрипела брюнетка с пирсингом.
Она тоже замерла, её толстый член пульсировал внутри него, и вторая порция спермы присоединилась к первой, усиливая ощущение распирающей, липкой полноты. Саша завыл, чувствуя, как его внутренности наполняются тёплой, чужой жидкостью.
Блондинка кончила последней, её тонкий, но длинный член дрожал, выплёскивая сперму так глубоко, что Саше показалось, будто она достигает его желудка. Теперь внутри него булькало и переливалось от трёх разных эякуляций.
Но даже это не остановило их. Вытащив свои члены, покрытые смесью спермы и лубриканта, они уступили место следующим трём. Процесс повторялся. Его растянутое, зияющее отверстие не успевало сомкнуться, как в него входили новые члены. Иногда два, иногда снова три. Каждый раз, когда внутри него оказывалась новая порция спермы, его собственное тело отзывалось диким, неконтролируемым оргазмом. Он кончал третий, четвёртый, пятый раз. Спермы становилось всё меньше, она превращалась в прозрачные, болезненные судороги, но оргазмы не прекращались. Они были сухими, надрывающими, выворачивающими всё нутро.
Он потерял счёт времени и количеству девушек. Его мир сузился до цикла: боль – распирание – давление на простату – взрыв – новая порция чужой спермы внутри. Он был всего лишь оболочкой, сосудом, как и называла его Аня. Его рот был залит слюной, слезы и сопли смешивались на его лице. Он уже не мог держаться на коленях и рухнул на бок, но это не остановило их. Они перевернули его на спину, подняли его ноги, и траха продолжалась, теперь под другим углом, ещё более глубоко и унизительно.
Последней, кто вошла в него, была сама Аня. Она использовала не член, а огромный, пугающих размеров фаллоимитатор тёмно-фиолетового цвета. К тому моменту его задница была настолько растянута и расслаблена, что она вошла без малейшего сопротивления, протолкнув перед собой волну накопившейся спермы, которая хлынула из него обратно, как
Как меня чуть не застукала мама