Он кончил минут через десять, с тяжелым выдохом. Прижался к ней всем телом, вжав её в лавку. Алиса почувствовала, как его густое семя разливается внутри. Он недолго полежал на ней, не вынимая члена. Потом вышел из неё и застегнул ширинку. Он посмотрел на Ислама, и коротко, по-мужски, кивнул.
— Хорошая, — сказал он, переведя взгляд на Алису. — Тёплая. Отзывчивая. Сама идёт навстречу. Такую трахать одно удовольствие. — Он широко и просто улыбнулся и снова посмотрел на Ислама. — Не знаю, как у тебя это получается, но было круто. Давно так не развлекался.
Он поднял куртку со скамейки и накинул на плечи.
— Ну, я пошёл, — сказал он буднично, как будто ничего особенного не произошло. — Если что, звони.
После этого Панкрат, не прощаясь вышел. Когда дверь за ним закрылась, в раздевалке повисла тишина. Было слышно лишь прерывистое дыхание оттраханной Алисы. Сперма вытекала из всех её щелей.
***
Ислам посмотрел на часы. 07:12. Почти уложились в срок. Ещё пара минут, и раздевалка перестанет быть их тайным убежищем. Он кивнул пацанам.
— Всё. Валите. Быстро. И не светитесь.
Заур с Наилем уже были готовы. Оба двинулись к выходу, на ходу поправляя одежду. Иван слегка замешкался. Он убрал камеру в свой рюкзак и вышел за ними следом, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Остались только Ислам и Ярослава. Обмякшая Алиса лежала на лавке, не пытаясь встать. Ярослава подошла к ней первая. Она отстегнула наручники, и онемевшие запястья Алисы, наконец, освободились. Ислам отстегнул маску. Алиса зажмурилась. Она глупо заморгала, привыкая к свету, и с трудом присела. Все её мышцы ныли, но боль была приятной, как после тренировки.
— Ты молодец. — сказал Ислам. — Хорошо справилась. Все довольны. Я впечатлён.
Ярослава кивнула, соглашаясь. Она подала Алисе пачку влажных салфеток.
— Ты была естественной. — Добавила Ярослава. — Этому нельзя научить.
Алиса смотрела на свои потертые запястья, со следами от наручников. Кровь медленно возвращалась в пальцы.
Ислам достал телефон и попытался удалить очередную фотографию. Палец завис над экраном.
— Подожди. — Вдруг сказала Алиса. — Так нечестно.
Она сглотнула и попробовала вернуть твёрдость в ослабевший голос.
— Сегодня меня трахали трое. Плюс задание: прийти, пристегнуть себя, надеть маску. Значит, удаляй не одну. Удаляй четыре.
Ислам поднял бровь.
— Четыре? — переспросил он.
— Ты сказал: одна фотография за одно задание, — продолжила Алиса.
Она выпрямилась и теперь гордо сидела на лавке. Голая, усталая, но с чем-то новым в глазах. Исламу это понравилось. Она торговалась, уже не как жертва, а полноправный партнёр.
— Меня сегодня трахали трое. Я даже не поняла кто это был. — Она усмехнулась. — Значит, ты должен удалить ещё три фотографии. — Она сделала паузу, чтобы до Ислама дошла суть её претензии. — Одну за то, что я пришла. И по одной за каждого, кто меня трахнул. Три пацана, три фотографии. Итого, четыре. Это справедливо.
Повисла пауза. Ярослава с Исламом смотрели на неё с нескрываемым любопытством. Однако, в её словах была железная логика. Они сами установили правила, и отступить сейчас, значило признать, что правила можно менять.
— Справедливо, — в конце концов согласился Ислам. — Даже не поспоришь. Ладно. Четыре так четыре. Неплохо. За один день.
Он несколько раз провёл пальцем по экрану. Демонстративно, чтобы она видела. Четыре фотографии исчезли в корзине. Алиса увидела, как они растворяются в цифровой пустоте, и испытала что-то вроде сожаления. Шлюха внутри неё была не против сохранить их. Она еле сдержалась, чтобы не попросить Ислама не удалять их сразу, а перекинуть ей.
Чёрные Розы: день совершеннолетия