всё объяснять и вернуть на свои места. Она тихо, но отчётливо сказала:
— Ну, нет. Не в этом дело. Я просто хочу побыстрее избавиться от всех фото.
"Хочу вернуть себе свою жизнь. Если это ещё возможно", — пронеслось в её голове, но она не решилась сказать это вслух.
Ярослава беззлобно засмеялась.
— Ну конечно. Конечно, Алиса Германовна. Именно поэтому. Мы тебе верим. Правда. Всем сердцем.
Она говорила это с явным сарказмом, широко кивая головой и выпятив губы. "Ну и заигрались же вы, Алиса Германовна", — говорил её взгляд.
Ислам резко прервал их диалог.
— Ладно, — сказал он. — Время. Пора валить. Наручники я изымаю. — Он подошёл к лавке, подобрав наручники, всё ещё хранящие тепло её запястий. — А маску отмоешь от спермы и потом вернёшь. Она мне ещё пригодится.
Они с Ярославой поспешно собрались и вышли. В дверях Ислам обернулся.
— Вы тоже не задерживайтесь, Алиса Германовна. У вас же через 30 минут урок. Дети ждут.
***
Алиса вошла в класс ровно со звонком. Отработанная годами улыбка озарила её лицо. Дети ответили привычным гулом. Одни уже доставали учебники, другие перебрасывались последними шутками перед началом.
Она провела пару уроков. Говорила правильные слова. Слушала правильные ответы. Хвалила. Поправляла. Всё было как обычно.
Но тело постоянно напоминало о себе. Растянутый анус отзывался лёгкой болью в мышцах, каждый раз, когда она присаживалась. Она садилась осторожно, на край стула, перенося вес на бёдра, но даже так она чувствовала, как сжимается сфинктер, вспоминая, как его растягивали.
Наполненное чужой спермой влагалище выталкивало её остатки. Алиса чувствовала, как влага пропитывает прокладку. Стёртые наручниками запястья саднили под рукавами блузки. Она то и дело одёргивала манжеты, чтобы никто не заметил красных следов.
Голос, охрипший от мычания и глубоких заходов в горло, она каждый час очищала глотком воды из пластиковой бутылки.
Теперь она старательно играла роль приличной женщины. Мысли, однако, не желали прятаться. Они лезли в голову навязчивыми голосами. «Ты шлюха, — говорили они. — Наша общая дырка. Соска. Будущая королева минета. Ты сосешь и трахаешься. И ты этого хочешь».
Алиса уже не спорила с этими голосами. Она вообще не хотела ни о чем думать. Не хотела признавать очевидного. Но это уже поселилось глубоко внутри неё.
***
На большой перемене к ней в кабинет заглянула Славяна.
— Алис, привет... — Она прикрыла за собой дверь и села напротив. Сложила руки на коленях.
— Ты чего такая бледная? Заболела?
— Да так, — сказала Алиса. — Взбляднулось с утра.
Эти слова сорвались сами собой. Они прозвучали, как шутка. Но по сути, Алиса даже не соврала.
Славяна Александровна непонимающе заморгала.
— Что? — переспросила она. — В смысле?
— Да ничего, — Алиса как-то развязано махнула рукой. — Просто... — она пожала плечами. — Утро началось не с того, с чего хотелось бы. Ты же знаешь. Всякое бывает. Иногда просыпаешься и думаешь: «Господи, зачем всё это? Эти уроки, дети, отчёты... — она сделала паузу, —. ..эти правила? Кому они нужны? И почему я должна им следовать? Почему я должна быть хорошей девочкой?
Алиса непринуждённо засмеялась. Славяна тоже засмеялась, но неуверенно. Как будто не понимала, где смеяться.
— Слушай, — сказала она, когда они отсмеялись. — А что там с Ярославой? Всё нормально? Я переживаю.
— Всё нормально, — сказала Алиса равнодушным, механическим голосом. — Работаем. Постепенно. Ей нужно время. Как только понадобится твоя помощь, я сообщу.
— Спасибо тебе, — Славяна коснулась её руки. — Ты не представляешь, как я тебе благодарна. Я так испугалась, когда она пришла ко мне. А ты... ты настоящий профессионал. Я знала, что ты поможешь.
Фелиста