лежала на матрасе, тяжело дыша, её ноги всё ещё были широко расставлены, а между бедер медленно вытекала смесь смазки и белой спермы немца. Она выглядела полностью опустошенной, словно из неё выкачали всю жизнь.
Сомчай не выдержал. Он откинул шторку и подошел к ней. Его глаза горели безумным огнем. Мали посмотрела на него, и в её взгляде промелькнуло удивление, смешанное с тревогой. Она видела его эрекцию, которая отчетливо проступала сквозь ткань.
Но он не слушал. Он был слишком возбужден, слишком наэлектризован тем, что только что слышал и видел. В его голове всё еще звучал грохот ударов этого немца. Он схватил её за запястье, отбрасывая руку в сторону, и с силой прижал её к матрасу.
— Сделай мне минет, — потребовал он. Его голос звучал непривычно грубо, в нем не было сыновней нежности. — Сейчас же.
Мали замерла. Она посмотрела в глаза своего сына и увидела в них то самое животное желание, которое она видела каждый день у своих клиентов на Walking Street. Она поняла, что в этот момент он перестал быть её сыном — он стал просто самцом, который хочет сбросить напряжение.
— Сомчай, я твоя мать... — прошептала она, но в её голосе не было настоящего сопротивления. Она знала своего сына, знала, как он был возбужден.
— Мне плевать, — отрезал он, расстегивая ширинку и освобождая свой твердый, налитый кровью член. — Смотри на него. Сделай это.
Мали медленно, почти с обреченностью, придвинулась к нему. Она открыла рот и обхватила его головку своими губами. Сомчай вздрогнул от первого прикосновения. Её язык, привыкший к сотням чужих членов, действовал уверенно и технично. Она начала двигаться вверх и вниз, засасывая его плоть, создавая вакуум, который заставлял его стонать от удовольствия.
Сомчай смотрел на неё сверху вниз. Он видел, как её щеки втянулись, как она старательно выполняла свою работу. В этот момент он чувствовал абсолютную власть. Он видел, что эта женщина, которая была для всего мира дешевой проституткой, сейчас обслуживает его, своего сына. Это добавляло остроты, какого он не испытывал с другими девушками. Это был вкус запрета, смешанный с запахом спермы того самого немца, которая всё еще исходила от её тела.
— Быстрее... — прорычал он, вжимая её голову глубже в свои яйца.
Мали подчинилась. Она ускорила темп, её слюна смешивалась с предэякулятом, создавая влажный, чавкающий звук. Сомчай чувствовал, как оргазм подходит к самому пику. Он схватил её за волосы, фиксируя голову, и с силой толкнул свой член ей в глотку, заставляя её сдавленно захлебнуться.
В этот миг он кончил. Мощный поток спермы ударил в её рот и горло. Он изливался в неё долго, волна за волной, пока всё напряжение не оставило его тело. Мали сглотнула всё до последней капли, аккуратно слизнув остатки с губ.
Когда он отстранился, они оба лежали в тишине. Возбуждение ушло, оставив после себя странную пустоту. Мали просто отвернулась к стене, прикрыв себя обрывком ткани. Сомчай снова за своим шторкой.
Это не стало началом какого-то романа. Это был просто случайный выброс накопившейся энергии в мире, где мораль была сожжена в печи секс-индустрии.
Жизнь в Паттайе продолжалась. Мали каждое утро красилась, надевала свои лучшие чулки и отправлялась на Walking Street. Она снова и снова принимала в себя старых европейцев, терпела их прихоти, их грязные фантазии и их презрение. Она видела, как эти люди, прилетая в Таиланд, превращаются в монстров, считая, что за несколько сотен батов они могут купить не только тело, но и душу
ОСОБЕННОСТИ СЕЛЬСКОЙ КЛИЗМОТЕРАПИИ - 3. "КОММУНИСТИЧЕСКИЙ ИНТЕРНАЦИОНАЛ"