Первые дни превратились в бесконечный марафон насилия. Максим не выпускал её из дома, он заблокировал все выходы. Он ебал её везде: на кровати, на кухонном столе, прямо в ванной, прижимая её спиной к холодному кафелю. Он трахал её во всех возможных позах. Он заставлял её встать на четвереньки, чтобы сзади вбивать свой член в её задницу. Елена выла от боли, её анус, не привыкший к такому насилию, трещал по швам. Он входил в неё грубо, глубоко, до самого основания, игнорируя её слезы и мольбы. Каждое движение было пропитано яростью и животной страстью.
Когда он не ебал её в пизду или в жопу, он заставлял её делать минет. Он хватал её за длинные волосы, оттягивая голову назад, и с силой втискивал свою залупу ей в горло, заставляя её задыхаться и давиться. Он кончал ей в рот, заставляя глотать всё до последней капли, смеясь над её отвращением.
Одна из его любимых забав была «между сисек». Он раздвигал её высокую, стройную грудь, втирая свой член в нежную кожу, смазывая её слюной и соками, пока не кончал, заливая её белую кожу густым, липким семенем.
График этих двух недель был адским. Перерывы были только на короткий сон, чтобы организм мог хоть немного восстановиться, и на еду. Максим заказывал доставку еды на дом, не выпуская мать ни на шаг. Они ели быстро, почти в тишине, прерываемой только тяжелым дыханием Максима. После еды он давал ей минут двадцать, чтобы она могла подмыться или просто перевести дух, прежде чем снова набрасываться на неё.
Елена потеряла счет времени. Дни слились в один бесконечный кошмар из боли, секса и унижения. Она помнила только запах пота, запах спермы и этот невыносимый, животный взгляд сына. Её тело стало сплошным синяком. Ступни дрожали, ноги, которыми она так гордилась, больше не могли её держать — она просто лежала, ожидая, когда он снова решит её использовать.
Он ебал её часами. Иногда он входил в состояние транса, где единственным смыслом существования было движение поршня внутри её тела. Он вбивал свой член в её пизду так сильно, что она чувствовала, как он достает до самой матки. Она орала, срывая голос, кричала в подушки, чтобы соседи не услышали, но дом был достаточно уединенным, и её крики растворялись в пустоте.
— Ты моя, — шептал он, вбиваясь в неё в очередной раз, когда её ноги были закинуты за голову. — Ты просто дырка для меня. Моя красивая, длинноногая дырка.
Он кончал в неё столько раз, что её вагина постоянно была залита смесью спермы и крови. Он ебал её в анус, пока она плакала, умоляя его остановиться, но он лишь сильнее сжимал её бедра, оставляя глубокие багровые следы.
Две недели. Четырнадцать дней абсолютного, беспросветного сексуального рабства. Он выжимал из неё всё, что мог, используя её тело как тренажер для своего гормонального безумия.
А потом всё закончилось так же внезапно, как и началось.
Наступила «стероидная яма».
Организм Максима, который две недели работал на запредельных оборотах, окончательно выжег свои собственные ресурсы. Синтетические гормоны полностью подавили выработку собственного тестостерона. Как только действие последних доз прошло, уровень андрогенов в его крови рухнул практически до нуля.
Произошел катастрофический обвал.
В одно утро Максим проснулся и обнаружил, что его член, который две недели был каменным и неутомимым, стал вялым и мягким. Он попытался возбудиться, глядя на полураздетую, сломанную мать, лежащую рядом, но ничего не произошло. Эректильная дисфункция накрыла его мгновенно. Либидо, которое было двигателем его безумия, просто исчезло, оставив после себя зияющую пустоту.
Познание рабы (интернет версия). Глава 1