Кира родилась и росла в большом Городе, в котором почти все было красиво и интересно. В любую пору года Город давал своим обитателям то, что им нужно – летом прохладу скверов, парков, влагу главной реки и многих её младших сестёр; зимой – уют ароматных кофеен и забегаловок; осенью – шуршащие листья, вдоволь, щедро разлетающиеся из-под ног быстрых или задумчивых или печальных прохожих. Ну, и конечно – весной город пробуждался в несчетный свой год словно заново, требовал быть счастливыми всех, кто встречал весну вместе с ним и неописуемо радостно случались встречи горожан с новой зеленью, вернувшимися со своих курортов дроздами, и первыми цветами, и первой в этом году невероятной сиренью.
Город и Кира очень подходили друг другу – оба были любопытными, быстрыми, не могли в покое провести несколько минут, им нужно было куда-то торопиться, спешить, куда-то не опоздать, заниматься тысячами занятий и говорить с тысячами людей.
Кира – девушка. ..дцати лет, красивая, как говорили взрослые; умная, как говорили учителя в школе; хорошая подружка, как говорили девчонки. Единственная и неповторимая – так говорила мама. Но они не знали главного, что знала о себе сама Кира – она была особенная. Не такая, как все. У нее было два качества, о которых она не рассказывала никому, потому что ещё совсем маленькой она как-то сама поняла – не надо обо всем рассказывать другим. То есть, надо быть честной, не врать – да-да, всё так. Но если никто, кроме неё не знает о чём-то, то и не надо им говорить об этом. «По крайней до тех пор, пока я сама в этом не разобралась» - говорила себе Кира, когда стала понимать, что она особенная.
Первое её особенное качество состояло в том, что она узнавала мысли людей. Не то, чтобы она всегда слышала эти голоса, но когда она сосредотачивалась на каком-то человеке, она будто слышала его мысли, которые произносились голосом этого человека в её голове. Это было очень интересно и полезно. Если бы это появилось у Киры лет в восемь или, скажем, в десять, то она, вероятно, испугалась бы этих голосов, рассказала бы обо всем маме, а врачи бы сказали, что она сошла с ума. Но поскольку эта её особенность жила с ней с самого её рождения, то для нее эти голоса оказывались так же естественны, как дыхание или сон ночью.
А второе, что было у Киры – она видела сквозь предметы, что за ними. Не всегда и не через все, но через тонкие стены и через ткань, через мутное стекло и нетолстые заборы. И так же, как с мыслями других людей, она могла видеть через препятствие, не постоянно, а только если сама этого захочет. Как будто внутри неё срабатывал такой выключатель «видеть – не видеть», «слышать – не слышать».
Нас ведь никто специально не учит дышать, смотреть, есть, потому что это естественные умения, так устроен всякий человек. Умения Киры видеть через предметы и слышать мысли для нее были такими естественными, как слух и зрение для всех остальных.
Как мы говорили, жила Кира в Городе в обычной Квартире в обычном Доме с мамой и собакой Алисой. Ее папа был секретным человеком, как агент 007 и был давно на секретном задании, так что Кира его не очень помнила. Еще были бабушка и дедушка, к которым Кира ходила то ли в гости, то ли это был еще один ее дом.
И ещё она, как все девочки и мальчики в этом возрасте, ходила
та, о которой я мечтаю..